Подростковый протест и родительская безалаберность: почему в Рязани дети разбиваются на питбайках, и когда это кончится

Как только на улице растаял снег, в сводках ГИБДД начали регулярно появляться данные о несовершеннолетних мотоциклистах, попавших в аварии. Совсем недавно одного из таких байкеров пришлось эвакуировать на вертолете санавации. Очень часто подростки попадают в аварию на мотоциклах, которые в народе упрощенно называют питбайками. Это недорогая техника, на которую не требуется водительских прав.

Но и нормам безопасности на дорогах она, как правило, не отвечает. Корреспондент YA62.RU поговорила со спортсменами-мотоциклистами, которые делают «как надо» и с подростками — которые делают «как не надо». Все вместе мы пытались разобраться, что сделать, чтобы аварий с участием подростков на дорогах стало меньше.

Сейчас питбайки чаще всего ассоциируются с подростками, которые нарушают порядок на дорогах, подвергая риску себя и окружающих. Хотя в реальности спортивные мотоциклы, эндуро — это занятие состоявшихся, успешных людей, причем довольно затратное как в материальном, так и во временном отношениях.

Рязанец Сергей Кармановский занимается мотоспортом уже много лет, он тренируется с инструкторами, ездит на специальных трассах, принимает участие в соревнованиях. Первый мотоцикл он купил в 2017 году, покатался на нем два месяца, понял, что ему нравится и перешел на более основательную технику.

«На тот момент у меня были водительские права категории „B“, а мотоциклетная категория „А“ была не открыта. Через два месяца я его продал и купил себе большой дорожный мотоцикл BMW. И вот с этого началось серьезное увлечение. Когда закончился сезон, кататься не перестало хотеться. Я приобрел первый внедорожный мотоцикл, то, что многие называют „питбайком“. Это был классический эндуро в китайском исполнении. Я на нём покатался зиму. Он под моим весом и под моим нагрузками просто „в узел завязался“. Он сам по себе пародия на мотоцикл», — вспоминает Сергей.

Уже на следующий год он начал подыскивать себе другой транспорт и приобрёл эндуро-версию «Ямахи». А, поскольку в то время он жил за городом, выехать в поля и на трассы к трамплинам на эндуро было несложно.

Сергей объяснил, что в дисциплине два вида легких внедорожных мотоциклов. Это кроссовый мотоцикл — у таких мотоциклов облегчённая рама, на них можно совершать прыжки с трамплинов, ездить по трассе, подготовленной для мотокросса. И похожий на него визуально эндуро.

«Эндуро в переводе „преодоление“. То есть, это уже более драйвовый вид спорта. Это уже объезды, прыжки через брёвна, какие-то специальные препятствия, типа колодезных колец, больших покрышек от „БелАзов“ и так далее. И по тому и по другому виду спорта проводятся соревнования, в том числе в Рязанской области. Есть и международные соревнования», — объясняет Сергей.

Он рассказал, что одно время тоже выступал на подобных мероприятиях, но потом понял, что свобода доставляет ему большее удовольствие, чем строгие спортивные рамки.

«К соревнованиям надо много готовиться, вести более правильный образ жизни. Больше есть, больше спать, больше отдыхать, меньше работать и так далее. Плюс возраст. Всё равно время упущено: детишки с пятнадцати лет начинают этим заниматься, а я после тридцати занялся. Это всё накладывает свой отпечаток. У нас заезд был из 107 мотоциклов. И я приехал тридцатым. То есть, с одной стороны, хороший результат, 70 человек объехал, с другой стороны — тумбочки, первое, второе-третье место, недостижимы. Их занимают те, кто учился в спортшколах, и, как правило, с юности. Поэтому занимаюсь больше для себя, но при этом всё равно, чтобы прогрессировать, занимаюсь с тренерами, езжу на сборы», — говорит он.

Кроссовые мотоциклы и эндуро, хоть и похожи на обывательский взгляд, на деле имеют ряд отличий.

«Грубо говоря, у эндуро фара, у кроссового нет фары, потому что по кроссовой трассе ночью не ездят, а эндуро может заехать в тёмный лес или задержаться допоздна на бездорожье. И вот на базе этих мотоциклов наш любимый Китай начал делать, ну, скажем деликатно, копии мотоциклов. Недорогие версии, в три-четыре раза дешевле европейских. С похожими двигателями, с похожими подвесками. Но менее качественные и надёжные. А потом начали делать питбайки. Питбайк — это маленький мотоцикл, детский мотоцикл. Если в кроссе, в эндуро двигатели во взрослом классе начинаются от 250 кубических см, то питбайк вполне может быть там 100 кубиков, 125 кубиков, 150. У него короче рама, у него ниже высота по седлу, меньше диаметр колёс, то есть в целом он чуть поменьше», — объяснил Сергей.

При этом общее у этих мотоциклов то, что ни на кроссовом, ни на эндуро, ни на питбайке, по закону нельзя выезжать на дороги общего пользования. Зачастую кроссовые и эндуро мотоциклы — это спортивные снаряды, и на них даже не бывает ПТС.

«Китайцы пошли дальше. Они делают ПТС на свои мотоциклы, то есть мотоцикл проходит сертификацию, таможню, и теоретически мотоцикл можно поставить на учёт и кататься по городу. Наши спортивные мотоциклы, кроссовые, эндуро, зачастую без зеркал, без стоп-сигналов, на них нет поворотников, это не предусмотрено заводом. Поэтому они не допускаются к дорогам общего пользования. Мы можем по дорогам только на прицепе их возить. Ну, или в лучшем случае пересекать поперёк асфальт. То есть выехал с одного поля, посмотрел — машины нет, переехал», — объясняет Сергей.

Психология подростков, по мнению Сергей, не изменилась за 10-40 лет совершенно, но кардинально изменилась ситуация на дорогах и в производстве техники:

«Если раньше было две машины на дороге, сейчас две тыс. машин на дороге. Раньше мотоцикл этот ехал 30 км/ч, теперь он может ехать почти сотку, даже китайский. И, соответственно, рисков стало больше. Сейчас мотоцикл китайский, ширпотребный, можно купить тысяч за 30, наверное, на вторичном рынке. То есть это вполне доступно. А раньше люди месяцами люди копили на тот же „Иж“ или „Яву“. Ну и раньше опять же, подростки чувствовали меньше свою безнаказанность, побаивались и контролирующих органов и вообще взрослых. Сейчас подросткам ничего лучше не говорить, они тебя пошлют туда, где ты ещё и не был никогда», — объясняет Сергей.

Сергей убежден, что все-таки за несовершеннолетних должны отвечать родители. Один из способов — поддержать в этом увлечении, направить интерес в мирное русло.

«Сейчас с пяти-шести лет в мотопарках уже обучают. Папа-мама будут привозить ребенка на занятия, мотоцикл на прицепе можно хранить в том же мотопарке за вменяемые деньги, приезжать туда хоть каждый день на тренировку. Можно тренироваться и с тренером, можно и просто самому тренироваться. Кататься там, где разрешено. Но чаще всего подросткам это не надо, они не видят это как какой-то спорт, какое-то достигаторство. Для них это не больше чем понты перед сверстниками, перед девочками», — убежден он.

Сергей рассказал историю своего друга, которому он продал свой прежний мотоцикл «Ямаха».

«Человеку за 40, и мы с ним иногда выезжали в поля, в леса, катались в Рязанской области. У него подрос сын. Ему исполнилось 14. Живут они летом в частном секторе. И сын попросил папу: „Дай покататься“. Папа согласился. Ну, конечно, дал шлем ему, как положено. У папы всё есть, защита всего тела, потому что катается он жёстко. Ребёнок, покатался, освоил, ему понравилось. И они начали с папой по очереди на одном мотоцикле кататься. Сын же не говорил ему, что он по городу катается, говорил — с друзьями от деревни до деревни, по полю. Истина выяснилась, когда сын то ли в Семчино, то ли в Канищево врезался в машину», — вспомнил Сергей.

Эта ситуация завершилась относительно благополучно. Ребенок пострадал не сильно, водитель машины — тоже. Но далеко не все такие истории заканчиваются хеппи-эндом: «Многие родители от широкой души покупают детям эти питбайки. Начинается всё чаще всего на каких-то дачах, в частном секторе. Ну и, как я предполагаю, дети им говорят — „мы катаемся в лесу, по тропкам“».

В среде серьезных мотоциклистов к таким историям относятся негативно. Подростки нарушают этику мото-сообщества, подвергают опасности себя и других людей.

«Мы правила знаем и не ездим на этих мотоциклах по городу. А они ездят, потому что правил не знают. И иногда ты едешь во дворе, вылетает на тебя этот несовершеннолетний питбайкер. А он не знает, где помеха справа, где помеха слева, кого надо пропускать, что он должен делать вообще. Он в испуге, у него оцепенение, он хватается за руль и даже не может его повернуть, в итоге царапает тебе машину», — говорит Сергей.

Подростки пользуются лазейками в законе и осознанием собственной безнаказанности. Например, тем, что в Рязани нет мотобата, как в Москве и подмосковных городах.

«У нас за тобой практически не имеют права гнаться, если ты на мотоцикле. Ну, не берут на себя эту ответственность и всё. Если ты едешь на мотоцикле, у тебя есть все шансы, что тебя никто никогда не остановит — с тобой связываться не захотят. Убьёшься случайно, потом рапорт писать за тебя. Я вот 20 тыс. км проехал по Рязани за три года. Меня два раза останавливали. Не то чтобы я нарушал, просто он махнул палочкой, я подъехал. Шлем снял: „права есть, есть, ну, езжай“. В первую очередь смотрят, когда ты шлем снимаешь, на возраст. Но подростки же не останавливаются, они понимают, что мотоцикл изымут на штраф-стоянку, а папа ремня даст. Поэтому они едут дальше, в лучшем случае просто уезжают, в худшем не справляются с управлением, вылетают куда-нибудь и либо сами травмируются, либо ещё кого-то травмируют», — говорит мотоциклист.

Он видит выход в том, чтобы спрос был более жёстким с родителей, серьезные штрафы и ответственность вплоть до уголовной. Тогда родители, наверное, будут думать — стоит ли покупать ребёнку мотоцикл или не стоит.

«Когда несовершеннолетнему без прав даришь мотоцикл, и он на нем едет по дорогам общего пользования, то, фактически ты его на такую тоненькую нитку своими руками выставляешь — шаг влево, шаг вправо и летальный исход. Может с собой кого-то забрать, может и сам уйти. Поэтому надо вводить серьёзные санкции. Я как мотоциклист со стажем, с открытыми категориями на мотоцикл, категорически против этого всего на дорогах. Первое — они не несут ответственности, второе — они не знают правил дорожного движения, не знают, как поступить в той или иной ситуации. А родители широким жестом дарят им эти дорогие игрушки, которые на деле могут стоить жизни их же детям», — говорит Сергей.

Блогер «Ural Biker» Кирилл Бабанов ездит на классическом дорожном мотоцикле и на эндуро. За рулем он практически всю сознательную жизнь, с 14 лет.

Кирилл объясняет, что по нашему законодательству, все питбайки, кроссовые мотоциклы, на которые не был на таможне выдан ПТС, и которые не стоят на учете в органах ГИБДД, не имеют законного права эксплуатироваться на дорогах общего пользования.

Он рассказал, что изначально покупал эндуро с паспортом транспортного средства, чтобы на нем можно было преодолеть участок по дорогам общего пользования. Но эта мера вынужденная, потому что в серьезной мотоциклетной среде считается дурным тоном использования предназначенных для бездорожья мотоциклов на обычных дорогах.

«Покупал я японский б/у мотоцикл. Выбирал специально такой, который будет полноценным транспортным средством, он оборудован техническими средствами, он имеет документы для движение по дорогам общего пользования. Но сама идеология эндуро подразумевает эксплуатацию в условиях бездорожья, труднопроходимой местности, и для дорог общего пользования он не предназначен. На моем эндуро допускается и такая эксплуатация, потому что так или иначе приходится выезжать на дороги общего пользования, чтобы от дома доехать до того-же леса», — говорит Кирилл.

Но другие мотоциклы такого класса, особенно те, что сейчас массово производятся в Китае, не имеют документов и сертификации, чтобы эксплуатироваться на дорогах. Дешевые «китайцы», по словам байкера, продаются только с договором «купли-продажи». Он подтверждает твою собственность на технику, но не дает тебе права для поездок по дорогам.

В сложившейся ситуации, по оценке Кирилла, виноваты не только сами подростки, но и общество потребления:

«Раньше, во времена моей юности, не было такого ассортимента техники, был маленький выбор, и в основном техника советского производства, в которой надо было разбираться. Многие отсеивались уже на этом этапе, потому что разобраться в такой технике без мозгов было невозможно. Сейчас же хлынула огромная масса китайской техники, которая в принципе не попадает в категорию мопедов. Она имеет двигатели большего объема, и даже по старой классификации их бы автоматически приравняли к мотоциклам, а на мотоцикл должны быть и права, и документы», — говорит Кирилл.

В итоге, когда люди на такой технике выезжают на дороги, они уже понимают, что находятся вне закона. «Одновременно они понимают, что могут избежать встречи с ГИБДД, могут скрыться. Поэтому они пренебрегают правилами», — говорит он.

С одной стороны, по словам Кирилла, действующие нормы ограничили свободу передвижения на мопедах, с другой — запреты не сделали дороги более безопасными, потому что их легко обойти:

«У меня был в юности был мопед, и я ездил по правилам дорожного движения. Я знал, что если я не буду нарушать ПДД, ко мне не будет вопросов со стороны ГАИ. И их никогда не было. Мне 14 лет, у меня мопед, который не более 50 кубических см. по объему двигателя. Мне резонно соблюдать правила, чтобы ко мне не было вопросов. А сейчас такой же подросток, выехав на питбайке, понимает — он вне закона изначально. Поэтому смысл ему что-то соблюдать? Полная анархия, он едет как хочет», — объясняет Кирилл.

Мотоциклист считает, что нужно смягчить законодательство в отношении техники с объемом двигателя до 50 кубов, разрешив управлять ей без прав при достижении соответствующего возраста. Но при этом ввести жесткие запреты на более мощную технику.

«Я считаю, что так, как раньше, было правильно: с 14 лет можно было ездить на мопедах, а с 16 лет получить права на мотоцикл. Это приучало подростков быть ответственными за себя, свою жизнь и жизнь других людей, и действовать в рамках закона», — убежден он.

По словам мотоциклиста, полиция совершенно лишена каких-то механизмов воздействия на подростков-нарушителей.

«Скрыться на подобного рода технике, класса эндуро, от патрульного автомобиля, свернув куда-то с дорог общего пользования, не проблема. Догнать тебя и поймать задача крайне сложная. И я думаю, ни один экипаж за это не возьмётся. Они могут гонять питбайкеров только по асфальтовым дорогам, и только там, где у них нет возможности уйти», — говорит Кирилл.

В большинстве своем, по его оценке, это проблема общей культуры и воспитания. Как со стороны родителей, так и со стороны государства.

«Должна быть правильная пропаганда — не анархия, а культура вождения. Получай права, если хочешь кататься по дорогам общего пользования, покупай соответствующую технику. Или же выбирай специальные площадки, кроссовые трассы, треки, где проходит занятия и соревнования. Ребенок знает, что за него заплатят штраф в случае чего родители, знает, что накажут родителей, чаще всего он не за свои кровные покупал этот мотоцикл, он его не ремонтировал, он его не восстанавливал, часто он им даже и не дорожит. Вся ответственность здесь в общем-то на родителях, и от них зависит, будет ли человек чувствовать ответственность за свои действия или нет», — объяснил он.

Мотоциклисты, с которыми мы говорили, уже взрослые, у них есть средства и жизненный опыт для того, чтобы делать как надо. А что если посмотреть на ситуацию глазами подростка?

Вове сейчас 15 лет, он вырос под Рязанью в сельской местности, где все мальчишки гоняют на мотоциклах с раннего возраста. Так уж сложилось исторически. Мотоцикл он купил сам, как водится, китайский б/у. Правила выучил в разговорах со старшими друзьями.

«ПДД я знаю, знал и то, что по дорогам общего пользования я ездить не имею права. Но ездил, как и все. В основном от села к селу, но часто катались и за речкой, в полях. Когда выезжал на дороги, как-то не задумывался о том, что нарушаю. Ну ездил и ездил. В основном старались правила соблюдать, но мы в селе живем — тут трафик совсем не такой плотный, как в городе», — говорит Вова.

Он убежден, что в ДТП виноваты не только юные мотоциклисты, но и водители, у которых, вроде бы как, с правами все хорошо.

«В каких-то моментах они грубо нарушают, в каких моментах неуважение людям проявляют, например, не выключают дальний свет», — объясняет Вова.

Питбайк у него появился в 13 лет, периодически из-за этого возникали конфликты с родителями, которые запрещали ездить по дорогам.

«Но мы втайне от родителей все же ездили», — признается парень.

Сейчас его друзья отошли от мотоциклетной темы, ездить стало не с кем, и он перестал этим увлекаться. В будущем Вова мотоциклом управлять не хочет, тем более он не намерен идти в мотоциклетный спорт и покупать эндуро для поездок по бездорожью. Мотоцикл для него был ценен как способ подростковой самореализации и принятия в коллективе сверстников.

В рязанской полиции на запрос YA62.RU ответили, что за 2024 год с участием водителей мототранспорта всех категорий было зарегистрировано 209 ДТП, в которых 22 человека погибли и 241 — получили травмы. В том числе в рассматриваемых происшествиях пятеро несовершеннолетних (до 18 лет) участников погибли и 99 — получили травмы. С тяжкими последствиями с участием мототранспорта зарегистрировано 21 ДТП, в котором 22 человека погибли и 13 — получили травмы.

По итогам 2025 года число происшествий с мототранспортом возросло с 209 до 214 ДТП, в которых 10 человек погибли и 248 получили травмы. В том числе в рассматриваемых происшествиях один несовершеннолетний участник погиб и 81 — получил травмы. С тяжкими последствиями с участием мототранспорта зарегистрировано 9 ДТП, в которых 10 человек погибли и 1 — получил травмы.

«Ежегодно с наступлением весенне-летнего периода в Рязанской области Госавтоинспекцией совместно с участковыми уполномоченными полиции и сотрудниками подразделений по делам несовершеннолетних на плановой основе проводятся соответствующие профилактические мероприятия, в том числе и по разъяснительной работе с родителями (законными представителями) несовершеннолетних с вручением им предостережений о недопустимости использования несовершеннолетними мототранспорта», — заявили в ведомстве.