Кровавый пейзаж. Известный художник погубил рязанца и сбежал во Францию

Общественность уже вторую неделю обсуждает ДТП с участием российского актера Михаила Ефремова, в результате которого погиб рязанец. Однако это не первая смертельная авария, виновником которой становится представитель московской богемы, а жертвой — рязанец. В январе 2019 года на 39 км серпантинной трассы Рязань — Спас-Клепики известный художник Владимир Попов-Масягин не справился с управлением и врезался в Михаила Цуканова, который стоял на обочине возле своей машины. 22-летнего парня затерло между автомобилями. Врачам рязанской ОКБ не удалось его спасти. Следствие по делу о смертельном ДТП длится уже полтора года, и родители погибшего парня до сих пор не могут добиться справедливых результатов — художник улетел во Францию и из-за закрытия границ вызвать его оттуда невозможно. Родители Михаила Цуканова рассказали журналисту YA62.ru подробности этой истории.

Миша Цуканов был добрым, но озорным парнем. Впрочем, как и все мальчишки. Мама Михаила вспоминает, что пару раз ее даже вызывали в школу. Но то были лишь проказы, ни в каких серьезных происшествиях мальчик замечен не был. Валентина Цуканова говорит, что парень с юношества грезил собственной машиной и сдал на права еще в 17 лет, чтобы, как только достигнет совершеннолетия, сесть за руль.

— Первая машина ему от бабушки досталась, — вспоминает мама погибшего молодого человека. — Гонял на «шестерке». Потом купили ему машину поновее. А уж этот Volkswagen был совсем его машиной — он накопил, мы помогли.

Валентина Цуканова отмечает, что сын всегда был рукастым и не боялся работы, всем помогал, кто его об этом просил.

— Машину всегда сам ремонтировал, и не только себе, — рассказывает мать парня. — Бабушке тоже с автомобилем помогал. Другой бабушке — по дому, по огороду. Он у нас закончил Железнодорожный колледж и сразу пошел в армию. Это было его решение, осознанное. Даже в мыслях не было откосить. Как вернулся, устроился на нефтезавод мастером. Знаете, у него только-только начало все в жизни складываться. Он с девушкой познакомился, долго встречался, они съехались, на работе стал хорошим, ценным сотрудником, машину вот купил... И хоронили его всем миром.

Михаилу было 22 года.

В канун нового 2019 года родители Михаила Цуканова уехали во Владимирскую область, встречать праздник. Сам Миша остался в Рязани с девушкой. 2 января он и его подруга поехали в Сельцы — забирать друга на побывку. На обратном пути на зимней серпантинной трассе на 39-м километре трассы Рязань — Клепики в Клепиковском районе Volkswagen Михаила занесло. Его вынесло на обочину встречной полосы, «мордой» в сугроб. Благо, на трассе никого не было и можно было спокойно оценить произошедшее.

— Согласно показаниям свидетелей Миша выехал из сугроба, поставив машину на обочине параллельно дорожному полотну, — рассказывает отец погибшего молодого человека Сергей Цуканов. — Он вышел из машины, чтобы осмотреть ее на предмет повреждений, и попросил у подруги телефон, чтобы сфотографировать автомобиль. В этот момент на том же месте, где занесло Мишу, ехал Jeep Grand Cherokee под управлением известного художника Владимира Попова-Масягина. И с ним на трассе произошло в точности то же самое, что с Мишей: его занесло, развернуло на встречку, водитель не справился с управлением. Jeep врезался в багажник Мишиной машины в тот момент, когда там находился Миша. То есть мой сын в момент удара оказался между двумя автомобилями.

По словам родителей погибшего, Попов-Масягин не скрывался с места ДТП — напротив, он и его пассажирка пытались оказать первую помощь, вызвали «скорую».

— Скорая помощь ехала из Клепиков очень долго, порядка часа, — рассказывает мать Михаила. — Миша то приходил в себя, то снова терял сознание. «Скорая» довезла его до поста ДПС, оттуда его перехватила уже рязанская «скорая». Врачи ОКБ в реанимации смогли один раз «завести» сердце, но оно снова остановилось. Во второй раз запустить сердцебиение уже не получилось. Миша умер 2 января.

О том, что молодой человек погиб, родителям Миши сообщил Никита — друг, которого и забирали из Селец на новогодние праздники. Свидетельские показания этого молодого человека легли в основу обвинительного заключения.

— Дело в том, что никаких конкретных доказательств вины Попова-Масягина следствие не смогло собрать, — объясняет отец погибшего Михаила. — Так как не было на трассе автомобилей, которые могли бы поймать момент на видеорегистратор, не было камер поблизости, и, как мы поняли, в машине Попова-Масягина тоже видеорегистратор не снимал. Даже тот факт, что Мишу затерло между двух машин, то есть, по сути, автомобиль художника его сбил, — тоже не доказан вещественно. Мне кажется, на место ДТП в тот момент не выезжал криминалист, который должен был установить факт соприкосновения автомобиля Попова-Масягина с Михаилом. Экспертиза не была сделана сразу, а потом биологический материал перестал существовать. И поэтому в обвинительном заключении все формулировки довольно условные. То есть нет конкретного факта, но есть вероятность того, что это могло быть именно так. Хотя если чисто по-человечески подойти к ситуации — то как это еще могло быть, если на трассе в момент ДТП было только две машины?

По словам матери Михаила, которая читала протокол о травмах сына, у молодого человека было внутреннее кровотечение из-за разрыва внутренних органов, перелом ноги, ребер и основания черепа.

— Следователи не очень посвящают нас в ход дела, но, насколько мне известно, Попов-Масягин несколько раз менял свои показания и вину не признал, — рассказывает Сергей Цуканов. — Можно предположить, что адвокаты обвиняемого намеренно тянут ход дела, чтобы их подзащитный попал под амнистию в честь 75-летия Победы. Например, в какой-то момент появилось предположение, что мой сын чуть ли не бегал по трассе в момент ДТП, так как находился в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Благо, экспертиза показала, что предположение ложное, однако время было потрачено.

Также Сергей Цуканов рассказал, что есть еще одна деталь, на которой строится обвинительное заключение, — это автомобильная экспертиза. Согласно ей шины на передней оси автомобиля Попова-Масягина были разные, а это является грубейшим нарушением ПДД. Согласно правилам эксплуатировать такой автомобиль нельзя. И разные колеса также могли стать одной из причин заноса на трассе. Водитель Jeep об этом знал.

По словам родителей погибшего молодого человека, в начале этого года дело было передано в прокуратуру, однако она вернула документы следователям для доследования. И теперь, чтобы провести необходимые следственные действия, нужно личное присутствие Владимира Попова-Масягина. А он живет во Франции и прилететь не может, якобы из-за пандемии.

— Я и сам водитель с большим стажем, и знаю прекрасно, что от ДТП никто не застрахован, — делится отец погибшего Михаила. — И иногда важно, как в такой ситуации поведет себя виновник. Если бы этот художник действительно раскаялся, попросил прощения, мы бы, наверное, пошли навстречу. В конце концов не было же умысла у него совершать ДТП. Но он сам и его юристы не стремились искать компромисс и идти на переговоры. Более того, они предложили прекратить это дело и вместе подать иск на компанию «Лидерстрой», которая ответственна за состояние дорожного полотна в том месте, где случилось ДТП. Якобы во всем виновата плохая дорога. В какой-то степени, может быть, дорога и правда плохая, но ты же водитель и должен исходить из дорожной ситуации, выбирать соответствующую скорость, совершать маневры. Это даже в ПДД прописано. Поэтому полностью отрицать свою вину в ДТП — это абсурд.

Сейчас родители Михаила Цуканова ждут, когда откроют границы и дело о смертельном ДТП возобновится. Но честно признаются: они не уверены в том, что художник Попов-Масягин вообще вернется из Франции в Россию.

Связаться с самим художником, чтобы получить комментарий по данному ДТП, журналисту YA62.ru не удалось.

Редакция также отправила официальный запрос о ходе расследования происшествия в УМВД по Рязанской области.

Дарья Копосова