«Всё началось с любви»: как снесли дом, в котором жил и писал первые стихи Роберт Рождественский

Если спуститься по улице Карла Либкнехта в сторону реки Омки, можно наткнуться на пустырь, поросший травой и тонкими деревьями. Слева — дорога и высотки, справа — овраг. Здесь в прошлом веке стоял деревянный, двухэтажный, бревенчатый дом. В нем провел детство поэт Роберт Рождественский. Он прожил в Омской области двенадцать лет: с 1932 по 1944 год. В Омске пошел в школу, впервые увидел очередь за хлебом, написал первое стихотворение и получил за него девять рублей — все до копейки отправил в фонд обороны. Дом на Карла Либкнехта, 34, был для Роберта Рождественского точкой отсчета. Сегодня на этом месте нет ничего: ни забора, ни офисного комплекса, ради которого снесли здание. NGS55.RU рассказывает о том, где рос знаменитый советский поэт Роберт Рождественский — автор проникновенных произведений о Великой Отечественной войне. Двенадцать лет, которые растянулись на всю жизнь Роберт Рождественский родился не в Омске, а в алтайском селе Косиха, в июне 1932 года. Ему было два месяца от роду, когда семья перебралась сначала в Борисовку, а потом, в 1935-м, в сам город. Двенадцать лет продлилось его омское детство, но для поэта эти годы стали значимыми. «Память начинается с города Омска», — скажет он позже. Фамилия у мальчишки была тогда не Рождественский, а Петкевич. Позже, когда станет знаменитым, возьмет фамилию отчима. Дом на Карла Либкнехта, 34, стал для него точкой отсчета. Омку, протекающую в 70 метрах от дома, назовет «главной рекой детства», а энциклопедии, которые стояли в этажерке между окнами, прочтет от корки до корки. «В этой памяти стоит двухэтажный старый бревенчатый дом. Бревна какие-то сплющенные, потрескавшиеся, и всё равно живые, потому что меняют цвет. Летом они необыкновенно светлеют, осенью становятся мрачными, почти черными, а зимою — серебряными от инея», — рассказывал поэт про место, в котором рос. Мальчик учился отлично и больше всего любил историю, собирал марки и не любил, когда его называли уменьшительным «Робка»: «Не зови меня так, а то дразнилка получается». Во дворе дома всегда собиралось не меньше десяти мальчишек, которые поначалу дрались друг с другом, но позже сдружились. Любимой была игра «Замри», когда нужно было застывать в той позе, которую успели принять. Спустя годы Рождественский напишет об этом стихи: с теплой, почти физической тоской по тому, чего уже не вернуть. Первое стихотворение Летом 1941 года 9-летний Роберт написал первые стихи, посвященные отцу, ушедшему на фронт, и матери, которая брала «зеленую сумку» медсестры. Воспитатель Сигизмунд Шиманский отвез их в редакцию. По дороге встретил знакомого поэта Марка Юдалевича, и тот посоветовал сначала зайти в «Омскую правду», а не в детскую газету «Ленинские внучата». 8 июля 1941 года стихи напечатали и подписали: «Роберт Петкевич, ученик III класса школы № 19, 10 лет». Гонорар в девять рублей мальчик перечислил в фонд обороны. Существует версия, что омский поэт Леонид Мартынов лично дал добро на публикацию. Рождественский позже звонил ему и называл «литературным крестным». Правда, документальных подтверждений этому нет. Жизнь в тыловом городе Война шла далеко от Сибири, поэтому бомбежек и свиста пуль Роберт не слышал. Но не почувствовать войну было нельзя. В школе зимой было холодно так, что приходилось сидеть в пальто и шапках. Чернила в чернильницах замерзали, и перед уроком их приходилось разбавлять кипятком. Еды не хватало, хлеб только по карточкам. Буханка стоила столько, что, по признанию Рождественского, «даже с самой безудержной фантазией» он не мог представить такую кучу денег. Отец ушел добровольцем. Мать была фронтовым врачом и тоже оказалась в тылу врага почти сразу после окончания медицинского института. Роберт остался с бабушкой. Рождественский — не просто поэт, который «писал о войне», он стал свидетелем и участником военного детства в тыловом городе. Омск был одним из главных госпитальных центров Сибири, здесь работало около 20 госпиталей, над которыми школы брали шефство. Дети приходили читать стихи, петь песни для раненых и умирающих. Один такой концерт Рождественский запомнил на всю жизнь. Дети пели, а в углу палаты умирал майор-артиллерист. Потом написал об этом стихотворение «Концерт», строчки, которые цитируют все: «Мы поём. Только голос летчика Раздается. А в нем — укор: — Погодите… Постойте, хлопчики… Погодите… Умер майор…» В 1943 году, когда умерла бабушка, за Робертом вернулась мать, чтобы забрать на фронт. Мальчика оформили как «сына полка» и выдали форму. Правда, в Москве матери сказали, что фронт готовится к наступлению и везти ребенка туда — безумие. Она оставила его в детдоме. В 1944 году Роберт Рождественский навсегда уехал из сибирского города. Что Рождественский говорил об Омске На одной из своих книг он написал: «Всё началось с любви к Омску», а в разговоре добавил: «И никогда не кончалось». В интервью же признался: «Я написал несколько стихотворений об Омске той поры. Может быть, не совсем об Омске, а о тех своих переживаниях». У Рождественского десятки омских стихов: «Зима тридцать восьмого», «Старьевщик», «Игра в „Замри!“», «Та зима была, будто война, лютой», «Тыловой госпиталь», «Очередь». Только вот при всём обилии стихов, про жизнь Рождественского в Омске не вышло ни одной его книги, лишь газетные публикации. Последний раз приезжал в город на Иртыше в феврале 1968-го. Его встречали у трапа самолета со свежим номером «Молодого сибиряка», где напечатали поэму «Лестница». Больше он не возвращался в город детства. «По-моему, он заслужил» В сентябре 2025 года в Омск приезжала дочь поэта Екатерина Рождественская. Она искала место, где стоял дом отца. «Приехала сегодня в Омск. Папа провел в этом городе детство, купался с друзьями в Омке, ходил в школу, в общем, жил! Пойду завтра поищу его места, те самые. Школу, место, где стоял его дом, который снесли в начале века. По-моему, он заслужил, чтобы в городе его детства его помнили. Где-то есть город, тихий, как сон… Помните песню? Это про Омск. Помнит ли Омск про поэта Роберта Рождественского?» Омск помнит поэта, но не помнит место, в котором он вырос. Что сейчас В 2005 году дом на Карла Либкнехта, 34 обнесли строительным забором, а жильцов расселили. Власти продали землю под офисный комплекс компании «СПЭК». Формально дом не был памятником культурного наследия — значит, разрешение на снос не требовалось. В мае 2006 года бульдозеры въехали на участок, и брёвна, помнившие ладони маленького Роберта, хрустнули и превратились в щепу. Офисный комплекс так и не построили: то ли денег не хватило, то ли желание пропало. Остался недострой, ржавая арматура, торчащая из бетона, и пустырь. Сегодня там — высокая трава. Место неприметное и, если не знать, что здесь было, можно пройти мимо и не заметить. Именно так и происходит: омичи, гуляя по центру города, проходят и не замечают место, в котором рос знаменитый советский поэт Роберт Рождественский.