«Ты что, поп, за новым „майбахом“ сюда пришел?»: как рязанский батюшка стал блогером, чтобы защитить честь РПЦ

Большая и знаменитая семья Соляковых живет в селе Новое Еголдаево под Ряжском. Денис Соляков в миру или, по церковному, отец Дионисий знаменит тем, что ведет успешный фермерский блог и участвует в музыкальных передачах на центральных каналах вместе со своим семейным хором. Но сам он больше всего гордится восстановление Никольского храма в селе Новое Еголдаево под Ряжском фактически из руин и работой по объединению христианской общины как в мире реальном, так и в мире виртуальном. Корреспондент YA62.RU побывала на службе в Никольском храме и на ферме знаменитого батюшки, узнав, как они воспринимают свою медийность и для чего ее используют.

Никольский храм в Новом Еголдаеве большой и старинный, но, как и многие храмы, он долгое время стоял в запустении, а в руки отца Дионисия попал уже совсем разрушенным — там не было ни куполов, ни колокольни, ни даже отопления. Сейчас храм выглядит величественно, солнце играет на золотых куполах, а небесного цвета стены радуют глаз. Но доделывать еще есть что — храму требуется восстановление, в том числе старинной, сохранившейся с момента его строительства росписи.

Я попала на службу к отцу Дионисию в минувшее воскресенье. Обычно такая атмосфера в большинстве храмов, где мне доводилось бывать, ощущается по великим праздникам — на Пасху, на Рождество, на Троицу. Но в этом храме, судя по всему, вкладываются в каждую службу, создавая ощущение радости и величия происходящего. Хор певчих увлек бы любого, даже человека, далекого от церкви. Во время молитвы за воинов, которые сейчас находятся на фронте, все присутствующие, включая отца Дионисия, встали на колени.

Убранство внутри храма не вычурное, но красивое. Многое Отец Дионисий и матушка Надежда, делали своими руками, например, супруги освоили сложные техники резьбы по дереву. Заказывать аналогичные работы мастерам им было просто не по карману.

Семья Соляковых — глубоко верующая и живущая так, как должная жить настоящая христианская семья — они воспитывают десятерых детей, младшему скоро будет два года, много трудятся и помогают ближним. Об их отзывчивости и готовности прийти на помощь в трудную минуту говорят все жители Нового Еголдаева, с кем мне удалось пообщаться. При этом они спокойно относятся к современным технологиям, воспринимая их как новый способ для проповеди. Даже воскресную службу они транслировали в прямом эфире на своих блогерских платформа, а таких немало. Блог отца Дионисия представлен даже на сайте знакомств.

Отец Дионисий блогерствует он с 2018 года. «Первый мой канал — это YouTube. Мы решили его завести, когда нам стали говорить, что священники ездят на дорогих роскошных машинах, что они ведут какой-то необычный образ жизни — в шикарности, в больших деньгах. Тогда я и говорю матушке: „Давай будем показывать, как на селе выживают священники, как трудятся“. Честно сказать, я не думал, что наше блогерство найдёт такой отклик, но, наверное, год спустя, площадка взрывалась от подписчиков. Я понял, что это действительно нужно людям. И что это нужно всем для проповеди. Поэтому главная цель моего блогерства — это проповедь», — говорит отец Дионисий.

Он не понимает крайне консервативной позиции, когда священнослужители отказываются от современных технологий и способов донесения информации.

«Очевидно, они ждут прихожан в храм. А как они придут в храм, если сегодня все сидят в социальных сетях? Значит, нужно задать себе такой вопрос: где ловить души христианские, да? Вот именно там, где они в основном больше всего и сидят», — говорит батюшка.

Такой подход действительно принес свои плоды. Сейчас в их храме увеличилось число прихожан, стало больше поступать пожертвований и на его восстановление. Но проповедь не единственная причина, цель была еще и воспитательной. Отец Дионисий хотел показать своим детям, что темы веры и честного труда интересны людям, что успешный блогер и человек — это не только горожанин, который рассказывает о танчиках, путешествиях или косметике:

«У нас был спор очень интересный с сыном. Я уже купил себе экшн-камеру для блога, но она у меня долго пылилась, я не решался, потому что даже не знал, как монтировать видео. Выпустить первое видео было для меня очень серьёзным шагом. А тут еще мой старший сын, который тогда любил играть в World of Tanks сказал: „Ну и сколько у тебя подписчиков будет. Ну, три бабки наберется“. А я говорю: „Слушай, это должно выстрелить, потому что это жизнь человеческая“. Он — нет, вот то ли дело танчики».

Тогда они поспорили с сыном, чей блог будет интереснее людям — отца Дионисия о жизни церкви и фермерстве, или блог сына о танчиках. Первый год у отца Дионисия все шло очень плохо — два подписчика придут, один отпишется. Сын смеялся над ним, хотя и сам недалеко продвинулся со своими танчиками.

«А потом я выпустил случайно видео, уже даже не помню о чем, и у меня сразу первая тысяча подписчиков пришла. Вот тут уже сын призадумался. А когда у меня набралось 60 тысяч подписчиков, он сказал: „Всё, я сдаюсь, был неправ“. Он с танчиками даже до сотни подписчиков не дошёл. Такая вот жизнь», — говорит отец Дионисий.

Поначалу блогерство давалось непросто, в своем первом видео, где батюшка показывал, как строит коровник, он говорил медленно, с паузами, что называется — тормозил. И думал, что никогда не сможет работать в кадре так же бойко, как другие блогеры. Но все пришло с опытом, сейчас он уже понимает, как повернуть камеру и как подать информацию, чтобы она зашла аудитории. Говорит, что иногда людям близки неожиданные темы:

«Вы знаете, я даже в шоке от того, что людям больше всего нравится смотреть. Как-то я чищу навоз у коров. Грязный весь, вонючий, сил нет. Тут у меня сбивается навозоудаление, цепь слетает, и эта вся масса плывёт. И коровы стоят все в навозе. Я и думаю, давай для интереса сейчас возьму покажу, как у меня перестало работать навозоудаление, как я тут плаваю. И к моему удивлению, там просто был взрыв. Мне до сих пор пишут: „Покажи про своё навозоудаление, сейчас-то работает у тебя всё или так же ломается?“.

Но главная цель блога отца Дионисия — не развлечь, а помочь людям, как им может помочь православный священник. Он говорит, что бывали случаи, когда его блог ни много ни мало помогал сохранить жизнь людям. После блокировки YouTube отец Дионисий по просьбе подписчиков перенес эфиры на площадку «Друг вокруг».

«Тогда я до конца не понимал, что это за площадка, а это оказался сайт знакомств, да еще и с такой вот изюминкой разврата, что ли. И когда я начал записывать первый эфир, мне просто откровенно писали: „Поп, что ты здесь делаешь? Какое тебе до нас дело? Ты здесь вообще не должен сидеть. Тут мы сидим“. Ну, я тогда всё вытерпел, спокойно отнесся», — вспоминает он.

А со второго эфира начали происходить интересные вещи и появляться совершенно другие оценки. «Я понял одно — люди запутавшиеся сидят на этих сайтах, ищут последнего утешения в знакомстве с кем-то, но они этого там так и не получают. И вот мне написал один человек. Рассказал, что потерял любимую, — она умерла, — а вместе с ней потерял смысл жизни, и вот он на этом сайте познакомился с одной — не получилось, познакомился с другой — не получилось. В моменте отчаяния он пишет мне: „Я либо сейчас пойду и что-то с собой сделаю, либо запишусь в штурмовики“. Пришлось беседовать с ним, разговаривать, общаться. Он утешился, успокоился», — вспоминает батюшка.

С блокировкой YouTube стало сложнее доносить свои мысли, но отец Дионисий не унывает.

«YouTube была главная платформа наша. Это была глыба, большая машина, у нас там 62 000 подписчиков. Больше всего блокировка ударила по иностранным подписчикам, потому что нас смотрели Африка, Аргентина, Америка, Германия и Украина. Украина занимала второе место после России. Там были обычные простые колхозники и мы обсуждали насущные темы: кто посеялся раньше, кто какие семена сеял, кто какую солярку заправляет, кто какой техникой пользуется. Это было очень приятно, это было очень хорошо. Но когда началась СВО, то тут же посыпались упреки всевозможные, из-за этого даже чисто морально очень тяжело было там оставаться», — объясняет он.

Один из вопросов, когда Дионисия Соляков пришел на площадку «Друг вокруг», был — «Ты чего сюда, за очередным „майбахом“ пришел?». Но он говорит, что пытается донести до людей — везде есть разные люди. Бывают недобросовестные врачи, точно также бывают и недобросовестные священники. Но это не должно бросать тень на всю профессию врачей, и на всю РПЦ. Ведь очень многие батюшки живут в деревнях, добывают хлеб своими руками, трудятся, как и все:

«К сожалению, в нашей Церкви, ну что греха таить, встречаются такие моменты, когда священники переступают черту между пасторской обязанностью и человеческим наслаждением. И вот эту черту, эту грань нас чётко учили проводить в Московской духовной семинарии, где я учился. К сожалению, есть не пастыри, а наёмники. Но я всем объясняю, что за это нужно будет отвечать, и мне жаль тех священников, которые сегодня оправдывают свои дорогие машины тем, что им их якобы подарили. Но даже если подарили. Как я могу по деревне на каком-нибудь „Лэнд крузере“ ездить? Вы представляете себе, как это будет выглядеть, когда люди живут на зарплату или на пенсию в 15 — 40 тысяч рублей, да? Священник — это открытая книга для каждого прихожанина. И по нему, по его жизни люди черпают для себя информацию о вере. Поэтому это неправильно, и я это не поддерживаю ни в коем случае».

Еще одна задача Соляковых — поддержать традиционную семью, а для них она прежде всего многодетная. Секрет благополучия такой семьи простой — люди должны делать все сообща, и у каждого должны быть свои собственные обязанности. Тогда хватит времени и на работу, и на отдых, и на увлечения.

«Если этот механизм заработает правильно, то вы будете радоваться все вместе. А бывает такое, что показываешь на YouTube работу детей, что там ребёнок несёт сено для коров. И сразу же в комментариях сыплются всевозможные проклятья: „Вы нарожали их для того, чтобы они на вас вкалывали. Вы нарожали их для того, чтобы они вас обеспечивали“. Но нужно понять, что мы все обеспечиваем себя от плодов своих трудов. Вот это и есть традиционная семья. Когда мы ни у кого не просим, но сами можем существовать неплохо и ещё другим помогать», — объясняет батюшка.

Многое дает блогерство и для восстановления храма — а восстанавливает его семья Соляковых уже скоро будет как 20 лет. За это время многое удалось сделать, но еще не все работы завершены. Восстанавливать храм удается благодаря пожертвованиям прихожан, а прихожан в сельском храме немного.

«Есть такой момент, что мы, сельские священники, в какой-то момент рады были бы и долго исповедовать, и читать много записок, но нет человеческого ресурса. Население нашего села — 300 человек. Из этого населения, ну, дай Бог, 7% ходит в храм по большим праздникам. И если мы сегодня будем довольствоваться этим, то мы просто пойдём по миру. И храм будет абсолютно не на что восстанавливать, про наш храм и знать никто не будет. Но мы пошли другим путём, начали вести блогерство, начали продвигаться с нашим хором церковно-воскресной школы, с нашим семейным хором. То есть мы продвигаемся везде, где нас только ждут. Мы идём. А это проповедь», — объясняет он.

Многие приезжают в Новое Еголдаево из соседних деревень, поселков и городков, но из-за бензинового кризиса, сейчас таких людей становится все меньше. Мечта Дионисия Солякова — привлечь в село новых жителей, новые семьи. Они работают в этом направлении вместе с местным хозяйством, которое начало восстанавливаться. Многие после его эфиров интересуются, можно ли переехать жить в Новое Еголдаево:

«Вот этот момент вселяет надежду, что будут приезжать люди, будут покупать здесь старые дома, будут их пристраивать. И мы будем как-то семьями православными объединяться вокруг этого святого места. И благодаря людям, благодаря прихожанам, это место будет жить, будет наполняться людьми».

Отец Дионисий говорит, что когда 20 лет назад ему дали храм (он настоятель Никольского храма), они с женой приехали, но увидели фактически неотапливаемые руины:

«Накануне мы переживали, какой же храм нам вообще дадут? Мы оставались в блаженном неведении, молились, думали. И вот накануне перед тем, как ехать указ получать, матушке снится сон, что стоит у дороги храм — большой, с куполом, с колокольней, необыкновенной красоты. И туда заходят и выходят много людей, много молодёжи, маленькие дети, все смеются, все радуются. Храм этот у нее во сне был такой же красивый, как пасхальное яичко».

Реальность они восприняли со стоицизмом и принялись восстанавливать его своими руками, но в какой-то момент у молодой семьи чуть было не опустились руки. С тех пор прошло 20 лет, и храм из сна Надежды стал становиться реальностью. В момент наивысшего отчаяния отец Дионисий поехал в Москву к своему духовнику из православной семинарии. Тот подбодрил его молитвой и добрым словом, а еще дал ему 300 тысяч  — гонорары, которые получил за издание книги. По тем временам деньги немалые:

«Мы жили в церковном доме, с грудными детьми, а там крысы ходили пешком. Чтобы ребенка проводить в туалет, нужно было вставать ночью, брать палку и идти. Мы тогда боролись за свою жизнь, а крысы за свою жизнь. И в какой-то момент у меня тоже случался срыв, отчаяние. Я думаю, все, уже просто это невозможно. И мы поехали к нашему духовному отцу. Мы у него исповедовались, он благословлял нас на брак. Я упал на колени, плачу и говорю: „Отец Илья, я просто больше не могу, у меня нет даже возможности прокормить свою семью“. На что он меня похлопал по плечу и говорит: „Да ты, еще колокольню будешь строить“. В тот момент я говорю — какая колокольня, нужно просто побывать на месте, у меня сейчас первая очередная проблема это крыша, которая течет так, что даже по стенам льется», — говорит отец Дионисий.

В Новое Еголдаево они приехали 1 сентября, и до отопительного сезона было рукой подать, а отопление было отрезано:

«Все потому, что до меня был один такой „блаженный“ священник, который сказал — „мне не нужно отопление, мне не нужен свет здесь, я и так молиться умею“. Я сказал, ну ты-то молиться и так помолишься, а вот как будут люди греться без электричества? То есть были такие вот причуды были. И вот отец Илья благословил нас и сказал — все у вас получится, если вы соблюдете одну заповедь. Я говорю, какую? Он меня пригласил к себе и говорит, подожди. Я смотрю, он чем-то шуршит. Достает мне деньги, как сейчас помню, 300 тысяч. На тот момент „Рено Логан“ стоил ровно 299 тысяч. Мы как раз заходили в автосалон, глазели. И вот он достает эти 300 тысяч и говорит: „Возьми, я только что издал свою книгу, мне пришла прибыль. Смотри, я тебе даю деньги, если ты эти деньги пускаешь в дело, на храм, на крышу, то знай, что у тебя всегда будет избыток средств, все будет хорошо“. И я стою, трясущимися руками беру эти деньги, каких я еще никогда не держал».

Потом сразу же нашлись люди, которые готовы были ровно за эти деньги перекрыть крышу. Крышу перекрыли и после этого люди увидели, что что-то стало меняться, что храм начал из руин подниматься, воодушевились и включились в дело его восстановления.

Затем удалось поставить центральный купол. К отцу Дионисию обратился молодой предприниматель, основавший компанию «Возрождение» — ему было всего 18 лет и он только начал заниматься восстановлением куполов, и предложил ему поставить купол за их себестоимость как рекламный образец:

«В 2010 году мы поставили купол. Это была такая наша победа необыкновенная».

Затем все стало получаться одно за другим, вместе с женой они обучились резьбе по дереву и создали внутреннее убранство церкви.

«Сегодня мы внутри убранство делаем сами, детская площадка обновляется. На детскую площадку во многом помогли подписчики из „Друг вокруг“. Там можно поставить цель. И сегодня мы уже осуществляем эту мечту», — говорит батюшка.

Еще одна важная задача была — помирить паству. В Новом Еголдаеве люди враждовали семьями, тут кипели воистину шекспировские страсти, когда семья Соляковых только приехала сюда. Во время службы все стояли по разные стороны храма, а батюшку старались настроить против своих противников. Негативили прихожане и в их адрес — поговаривали, вы отсюда уедете, как все уезжают, тем более вы молодые.

Им с женой пришлось приложить колоссальные усилия, чтобы объединить людей и прекратить вражду, которая длилась годами. Ну и со временем в храме действительно стало появляться много молодежи и детей, многие семьи, следуя их примеру, не боялись рожать детей.

Вообще, семья Соляковых часто сталкивается с хейтом, как и любые другие люди, которые заявляют о себе в виртуальном пространстве. Например, Надежде доставалось за многодетность.

На хейтеров она не обижается, считая, что эти люди просто еще не созрели до познания такого, какую радость может принести материнство и воспитание детей.

«Материнство и многодетность для нас — это естественный образ жизни. У нас все друзья, все родственники многодетные. Мы сами из многодетных семей. Ну и, конечно, мы, когда женились, не думали, что у нас будет столько детей. Хотя духовник и благословил: „детей вам три по три“. Значит, девять. У нас сейчас десять детей. И понимаете, у нас сейчас трое уже ребятишек учатся в университетах, вот трое из десяти уехали, а мы домой приходим, уже не хватает кого-то уже как-то человек дома, не вся семья в сборе.

Воспитывать детей, да и вообще вести быт и реализовывать большие проекты семейные несложно, если в семье есть единство. Надежда советует всегда и все делать вместе — это касается не только быта, но и развлечений.

«Я всем вот молодым, кто у нас венчается, говорю: Не делите вы мужские и женские дела, вместе пришли с работы, вместе ужин приготовили, вместе убрались, никто обижаться ни на кого не будет. Всё у вас будет вместе, единство будет в семье. И вот если в семье будет единство, никогда вы не почувствуете, что вам тяжело с детьми», — говорит она.

А проектов у них много — это семейная ферма, и множество благотворительных инициатив — Надежда организовала миссию сестер милосердия, которые работают безвозмездно в паллиативных центрах, выполняя работу, которую зачастую не могут выполнить даже родственники больных. Это помощь для бойцов СВО, плетение маскировочных сетей, сбор одежды и еды для малоимущих, под который в Ряжске выделили целый склад. Это семейный и церковный хор, кружок резьбы по дереву при храме.

«Мы ходим в паллиативное отделение, в детское, хирургическое, в госпиталь ездим. Все наши сестры милосердия многодетные мамы, многие заняты на серьезных работах. Но все находят время, чтобы помогать безвозмездно чужим людям. После посещения больниц нас всех охватывает радость. Отец Дионисий тоже ходит с нами в больницу. Первый раз, когда он пришёл, мы мыли больных. А там женщины, он в этом участвовать не может. И тогда он взял швабру и начал там мыть полы», — говорит Надежда.

Во всех интервью отец Дионисий благодарит свою матушку, что она не сделать, когда было очень тяжело — в тот момент, когда они жили в холодном доме, который выделили молодой семье, а храм, в котором отца Дионисия назначили настоятелем, был далек от образа красивого пасхального яичка. Но сейчас у них есть своя большая ферма — они выращивают зерно, заготавливают корма для скота на продажу, держат бычков. У них есть свой собственный семейных хор, с которым они ездят на концерты и даже выиграли в популярном ток-шоу на Первом канале. Правда, сетует отец Дионисий, ездить повсюду приходится с 10-ю детьми в семиместной машине.

Многодетная семья не может себе позволить другой транспорт, хотя государство на словах сегодня пытается поддерживать большие семьи. Не понимает он, почему есть ограничения по детским пособиям, когда работающие семьи фактически не могут претендовать на эти выплаты:

«Конечно, очень хорошо видеть семьи многодетными, но есть одно „но“. Все-таки от государства должна идти поддержка. А то получается, что в один рупор говорят, давайте рожайте, да как можно больше. А с теми же детскими пособиями возникают большие проблемы. У меня матушка Надежда много раз говорила о том, что нельзя прикреплять лимит доходов к таким семьям. Эти деньги идут на детей. Какая разница, какой у человека доход? И получается, что те, кто не хочет работать, не хочет ничего делать, они как раз и живут на эти пособия, им это все благополучно одобряется и регулярно выплачивается. А те люди, которые стараются больше работать, чтобы какое-то благо оказать детям, они оказываются в уязвимом состоянии, что детские снимают и государство не поддерживает их труды».

Батюшка уверен, что многие были бы готовы к рождению большего числа детей, если бы меры поддержки со стороны государства были более доступными и понятными. Но со своей стороны их семья делает все, чтобы поддержать традиционную семью, показать, что и в деревне можно реализоваться, стать успешным и счастливым человеком и, что самое главное, сохранить в людях доверие к православию и людям, которые его представляют — «попам не на „гелентвагенах“».