«Наркотики укрывали прямо там»: история пациента рязанского реабилитационного центра

Если о том, что употребление наркотических и психотропных веществ убивает человека, известно всем, не каждый задумывается о том, что настоящим адом на земле может стать и попытка избавиться от зависимости. Речь идет о «черных» реабилитационных центрах (так называемых рехабах), в которых вместо лечения из людей тянут деньги, а вместо помощи бьют и насилуют. Например, в сентябре прошлого года в Саратове осудили шесть человек, их признали виновными в гибели 25-летнего пациента, которого завернули в ковер и вынесли на мороз умирать.

Бывший пациент ныне закрытого рязанского реабилитационного центра на условиях анонимности рассказал журналисту YA62.RU о том, что творилось за закрытыми дверьми во время существования этого рехаба. Сейчас мужчина уже 5 лет как не употребляет наркотики, живет нормальной жизнью. Но за свои 10 лет употребления он успел повидать многое, в том числе в реабилитационных центрах — местах, которые созданы для того, чтобы помочь людям избавиться от своей зависимости. Но не во всех таких местах управленцы действительно хотят помогать, а где-то выбирают насильственные методы.

— У нас в Рязани есть проблема с тем, что, к сожалению, некоторые люди под идеей заработка денег, бизнеса и прочего, забывают про себя совершенно. То есть они начинают думать, что они [потрясающие] бизнесмены, которым не нужно заниматься своим выздоровлением, и в первую очередь им нужны просто бабки. Через какое-то время бабки становятся официальной зависимостью. То есть ты просто перешел с наркотиков на деньги, и теперь ты стал «торчать» на этих деньгах. Реабилитации в Рязани — это прямо суровый бизнес. И его очень жёстко пилят, и пилят по-черному.

Там всё то же самое происходит, как и с едой, алкоголизмом, сексоголизмом, всё вообще один в один. Ты также постоянно идёшь туда, ты также этим одержим, также хочешь найти больше. Что и произошло вот с программным директором центра. То есть он просто впал в одержимость получить от этого мира и забрать всё, при этом официально забыв про себя. Кто он и что он, и чем ему нужно заниматься.

Он стал тонуть в том, что с ним происходит. Но, как известно, рыба гниёт с головы, и его реабилитация тоже начала подгнивать. И всё, что там стало происходить, это тоже стало в формате чего-то ужасного и мерзкого. И, наверное, самого печального и грустного события для Рязани в плане реабилитации.

Наркотики привозили прямо в реабилитационный центр, и укрывали прямо там. Там всё дошло уже прямо до полных крайностей, насколько вообще это можно представить. Это делали сами сотрудники, это делал сам руководитель. Это человек, который впал в одержимость деньгами, который жил не по духовным принципам, который пренебрегал своим выздоровлением, потерял вообще суть, для чего вообще он, собственно говоря, начал всю эту идею. Забылся вообще полностью и просто проиграл сам себе, провалился.

Там присутствовали отношения и секс, а это самое большое табу в реабилитации. И люди, к сожалению, все, кто там вступали в такие отношения, либо пытались где-то заниматься сексом, они потом все употребляли. Нет, нету таких людей, кто бы в реабилитационном центре заводил какие-то отношения, а потом оставался чист. Их не существует.

И, к сожалению, там стали убегать резиденты из этого дома, там пошёл дебош. Туда привозили какой-то чай, который оказывал наркотический эффект, они варили его там где-то в каких-то кухнях, и потом пили, этот чай их менял тоже. Я говорю не про китайский чай, они что-то добавляли туда.

Я не знаю, кто будет это читать, но люди должны понимать, что это реабилитационный центр, где был секс, какой-то там чай, руководитель употребляет, появлялись наркотики в самом центре. Я приведу ассоциацию, чтобы было понятнее. Это как если бы ты пришел в храм, и застал батюшку за съемкой порнофильма, самой мерзкой оргией.

Этот программный директор, который сорвался и утопил свою реабилитацию, он когда-то избивал пациентов так, что они потом жить не хотели. Я был волонтером в другом реабилитационном центре, где он тогда был старшим консультантом. Привезли пациента, который был в неадеквате, под веществами. Он разбил стеклянную дверь своей комнаты, вылез через дырку. Конечно, весь порезался и был в крови. Он спустился по лестнице, увидел меня, а других сотрудников и пациентов тогда не было в доме, они ушли на футбол. И, видимо, я на него так посмотрел, что он почему-то вернулся обратно, залез снова через эту дырку, окончательно весь порезался. И сидел там весь в крови, ждал, когда к нему придут.

К нему пришел этот старший консультант, стал избивать, лупить прямо как тварь, обливал водой. Это делалось, видимо, чтобы внушить страх перед побегом, но такие методы не работают, на самом деле.

Помимо упомянутого центра, где происходил полный хаос, во многих реабилитациях Рязанской области относились к пациентам не самым лучшим образом, выбирая насильственные методы, унижая и даже пользуясь ими. Сейчас, по словам нашего героя, законы относительно реабилитационных центров стали значительно жестче, появилось особое внимание, поэтому такое стало встречаться реже. Но пять лет назад, когда он еще находился в употреблении, он успел увидеть своими глазами много примеров насильственного отношения к зависимым.

— Проблема зависимости на сегодняшний день рассматривается пока что как проблема прилипшей жвачки к жопе. Ну, то есть её просто пытаются тебе срезать. Никто не понимает, как эта жвачка там оказалась вообще, что она там делает.

Я знаю, что людей в реабилитационных центрах привязывали, знаю, что людей избивали, закрывали в подвалы, топили в ваннах. Я сам был пациентом, и топили в ванной человека, который просто был дурачок. То есть он был неадекватным. Там клиника, терапия и медикаментозное лечение в совокупности, и вот так в трио, со всех сторон там нужно было работать, чтобы вообще чего-то там через года добиться.

В одной реабилитации в Рязанской области был парень один игроман, у него были длинные волосы, и он был такой «тюфяшный». К нему подходил такой мужик, который по виду 20 лет отсидел, лысый. Кличка у него была Акула, потому что у него был нос такой, знаешь, вытянутый. Вот он брал этого парня за волосы с утра и говорил ему: «Петрушка, Петрушка, просыпайся». Он снимал свои штаны и пердел ему прямо в лицо. И так там унижали.

Руководитель того же реабилитационного центра, он постоянно брал девочек, возил их в бани. И, конечно же, все мы понимаем, что он делал с беззащитными, слабыми, разрушенными, травмированными созданиями, которые не могли ничего сделать. А потом они приезжали, у них были большие сумки, в них всякие «сникерсы», «баунти».

При этом, по словам мужчины, не стоит пугаться рехабов, если случилась проблема, потому что «черные» центры — скорее исключение, чем правило.

— Я сам употреблял 10 лет, и от меня уже настолько тогда все устали, что я вечно попадаю в реабилитационный центр. Меня еще в Рязани никуда не хотели брать, и был последний центр, куда меня брали. И даже там уже меня хотели отправлять в Волгоград просто в чемодане. Просто уже никто не знал, что со мной делать, и мне никто уже не верил. Даже в центре говорили, что мы не знаем, что с ним делать. У меня, на самом деле, веры вообще не было никакой. Мне казалось, что всё, что я умру от наркотиков…

Но был там один человек, который в меня верил. И я с ним до сих пор работаю, и дружу, и наши семьи тоже. Он очень сильно мне помог. И сейчас помогает. Был один, представляете, один в мире человек, кто продолжал в меня верить.

И одного человека хватило. На то, чтобы я тоже эту веру в себя приобрёл. Настолько это важно, чтобы хотя бы один, хотя бы кто-то был на этой планете, кто тебе поверит.