Любознательность и жажда действий: как рязанская астроном-любитель с ДЦП раскрывает загадки космоса для всей России

Ирина Позднякова — рязанская писательница и астроном любитель, которая издает книги об астрономии в самых престижных российских издательствах. Несмотря на особенности здоровья — а у Ирины ДЦП, и болезнь накладывает ряд физических ограничений — она занимается не только написанием книг, но и практическими наблюдениями. Ирина рассказала YA62.RU, как любовь к космосу помогает ей преодолевать трудности и почему обычным людям нужны базовые знания об устройстве вселенной.

«Я сочинила сказку про звездочку»

Любовь к звездам у Ирины возникла в детстве. Малышкой она любила днем любоваться облаками и пролетающими самолетами из окна своей квартиры. А лет в шесть, еще до школы, впервые увидела очень яркую звезду в окне — это могла быть Венера или Юпитер. «Тогда же заметила и то, что она видна каждый вечер в одно и то же время (конечно, медленное изменение условий видимости на протяжение недель и месяцев ребёнку было еще не заметно). Кажется, я тогда даже сочиняла про эту звездочку сказку, где она была живым существом», — вспоминает писательница.

Осознанно задумываться про космос Ирина стала немного позже, научившись читать и поступив в школу. «Тогда же в первом же классе началось чтение запоем про все на свете, взрослых вопросами тоже про все на свете доставала. Про космос в том числе. Дошло до того, что в какой-то момент мама купила книжку по астрономии для себя — чтобы разобраться и ответить на мои вопросы. Но я ее схватила первой, и уселась читать. Книга была для старшеклассников, разумеется, я в ней очень многого не поняла, но и того что поняла, было достаточно, чтобы потребовать еще книжек про космос — любых», — говорит она.

Девочке была интересна природа в целом, в том числе зоология. Но эта наука требует больше наблюдений, связанных с выездами, а Ирине это было недоступно. «Мне выписывали журнал „Юный натуралист“, который мне очень нравился. Но вот вживую увидеть то, о чем там было написано — было негде, тем более для ребенка, который в основном сидел дома. Несколько поездок в московский зоопарк и походов в цирк — вот и вся возможность увидеть диковинных зверей. А звезды и Луна были видны и в окне, и во дворе. Тогда же, в начальных классах школы, я впервые увидела Луну в окуляр зрительной трубы, которую кто-то дал папе на время, и с тех пор мечтала о такой же трубе», — вспоминает Ирина.

В 11 лет родители подарили девочке такую трубу, подарок по тем временам был роскошный: купить телескоп было непросто, и многие взрослые астрономы-любители пользовались подобными.

В 16-18 лет девушка начала первые наблюдения лунных и солнечных затмений, видела появление двух ярких комет. «Когда мне удавалось все это наблюдать — было ощущение, что это мое личное маленькое открытие — просто для самой себя. Тем более, что тогда я не могла, как сейчас, посмотреть в программе-планетарии все обстоятельства появления небесного тела для моего места с точностью до секунды. Существовали в печатном виде астрономические календари, в том числе и школьный, но у меня их не было, и негде было купить или взять хотя бы на время. Так что, чтобы найти, например, Венеру, Марс или Юпитер, я пользовалась сведениями из бытового отрывного календаря, где на каждый месяц была короткая сводка: „Марс: Виден вечером как звезда первой величины в созвездии Близнецов“. Значит, надо было, сверившись с бумажной картой, а чаще постаравшись ее выучить, — найти созвездие Близнецов, и понять, какая звезда в нем „лишняя“», — говорит Ирина.

Только в 1997 году она впервые искала комету Хейла-Боппа уже по готовым картам ее пути — в журнале «Звездочёт». А компьютер и интернет у нее появился еще лет через шесть.

«Рискнула предложить свои статьи»

В юности Ирина писала стихи и прозу, которые успешно публиковались. «Наверное, попытки были довольно успешными, если мне удалось выпустить четыре книги с этими литературными опытами, и в иногда публиковаться в коллективных сборниках. Кроме того, более 10 лет я была главным редактором в большом творческом проекте, собравшем творческих людей с инвалидностью со всей России — журнале „Луч Фомальгаута“. Название придумала я, и оно связано с именем звезды Фомальгаут», — вспоминает она.

Но все же самой первой публикацией в печатном издании стали не стихи и не проза, а письмо в журнал любителей астрономии «Звездочет». Параллельно Ирина начала публиковаться и на интернет-площадках, в том числе — на различных сайтах и форумах любителей астрономии. «Вначале я просто участвовала в обсуждениях, потом рискнула предложить туда статьи — и оказалось, что их охотно берут, а потом на них пишут хорошие отзывы. Почувствовала себя намного более уверенно, когда такой отзыв получила от Владимира Сурдина — известного астронома и популяризатора науки. Через некоторое время после этого и решила попробовать выполнить первый заказ от издательства на книгу по астрономии», — говорит она.

У Ирины вышло три научно-популярные книги в издательстве «Эксмо» — «100 чудес Вселенной», «Путеводитель по звездному небу России», и «Большой атлас Вселенной», и одна — в издательстве «АСТ Аванта» — «Любительская астрономия». Автор называет их плодами «литературного ремесленничества» — то есть писались они по строгому шаблону, сроки, содержание и объём обозначены договором. Но ей было интересно попробовать себя в этом формате.

В «Эксмо» все книжки были в жанре «популярных энциклопедий» — короткие статьи об объекте или явлении — и большие иллюстрации. «Аванта» работала совместно с научно-просветительским проектом «Курилка Гутенберга», и книга «Любительская астрономия» задумывалась как полноценная научно-популярная книга, рассказывающая об истории астрономии в контексте участия в ней астрономов-любителей, о тех из них, которые принесли большую пользу науке своими наблюдениями, открытиями или общественной деятельностью, а также советы тем, кто недавно увлёкся астрономией. Книга выдержала два издания, а в 2018 году попала в лонг-лист премии «Просветитель».

«Выдумки приводят к трагическим последствиям»

Ирина активно участвует в астрономических наблюдениях и популяризации любительской астрономии в Рязани.

Ирина рассказала, что она проводит относительно несложные наблюдения, не претендующие на научную ценность и делает самые простые астрофотографии — в основном, одиночные кадры фотоаппаратом на неподвижном штативе, чаще даже камерой смартфона.

«Так вышло, что реализовать себя в этом увлечении мне проще и эффективнее через общественную деятельность. Хотя тут тоже есть такие примеры заоблачной высоты. Например, британский популяризатор астрономии Патрик Мур, не будучи профессиональным ученым, написал более 70 книг и до самой смерти, в течение почти 56 лет — рекорд книги Гиннеса — вел телепередачу „Ночное небо“. Но суммарный труд многих отдельных энтузиастов сопоставим по масштабам и приносит такую же пользу», — уверена она.

Для нее это не удовлетворение праздного любопытства, а в том числе и важная социальная миссия. «Вы, наверное, слышали, что сейчас через Солнечную систему пролетает межзвездная комета, родом из другой планетной системы — 3I/ATLAS. И вот, на весь мир разносится „теория“ американского ученого (да, у него есть ученая степень, он физик-теоретик) Ави Лёба — что это никакая не комета, а корабль пришельцев. Даже не буду перечислять все аргументы против него — это понятно всем здравомыслящим астрономам (например, подробно объясняет это российский астроном Леонид Еленин). Можно сказать: да пусть люди думают, что хотят. Но дело в том, что такие выдумки распространяются далеко не первый раз, и порой приводили к трагическим последствиям. Например, в 1997 году, члены одной религиозной секты совершили массовое самоубийство, поверив, что на комете Хейла-Боппа тоже летят какие-то „посланцы“. Поэтому, чем больше достоверной информации о космосе — от ученых или любителей — тем лучше», — говорит она.

Ирина активно участвует в деятельности рязанского сообщества любителей астрономии. Это сотрудничество началось более 10 лет назад, когда появилась группа ВК «Меридиан -39». А пять лет назад появилось еще одно, очень активное и деятельное сообщество, «RZNASTRO», под руководством Наталии Андриевской. Ирина сотрудничает с каждой из групп. «Я очень надеюсь что большинство членов обеих групп разделяют точку зрения, которой придерживаемся я и Наталия — между любителями астрономии должно быть не соперничество, а сотрудничество и взаимная поддержка, ведь мы делаем общее дело. Подписчики наших сообществ получают достоверную информацию, которую мы стараемся делать интересной», — говорит она.

У Ирины есть и собственные, важные лично для нее достижения. «Начиная с юности, первое — это конечно, яркие кометы Хякутакэ и Хейла-Боппа в 1996 и 1997 годах — пока еще ни одна комета с тех пор не была одновременно так ярка и хорошо видна. Комета Неовайз в 2020 — не такая яркая, но тоже хорошо видимая. Прохождения Венеры и Меркурия по диску Солнца — достаточно редкие явления, особенно с Венерой: следующего прохождения Меркурия нам ждать еще 7 лет, а вот Венеры — еще 92 года! Скорее всего, это явление имеют шанс увидеть только сегодняшние новорождённые дети», — объясняет писательница.

Из впечатлений самых последних лет — собственные наблюдения полярного сияния в Рязанской области, когда получалось сделать фотографии этого явления. А после недавнего лунного затмения, которое случилось 7 сентября, у нее получились самые удачные фотографии.

«Глупо ныть»

История Ирины пример того, что никакие ограничения не могут помешать заниматься любимым делом. «У меня типичные ограничения, характерные для людей с ДЦП: нарушения походки, дикции, моторики рук. Хочу сказать, что ограничения для всех любителей астрономии сейчас создает окружающая городская среда, а именно — засветка неба. В детстве и юности я изучала созвездия прямо из окна городской квартиры. Сейчас же на городском небе удаётся разглядеть буквально 3 — 4 самых ярких звезды. Ситуация лучше за городом, но и там постепенно становится хуже. Тема очень сложная и больная, потому что засветка мешает не только астрономам, она нарушает экологическое равновесие, искажая биоритмы и растений, и животных, и человека. Важно то, что часто любителям приходится в поисках темного неба выезжать далеко за город вместе с изрядным количеством оптики и техники. Мне это ощутимо труднее, чем большинству других людей. Да и на городских улицах, чтобы понаблюдать то, что доступно здесь (например, Луну и планеты), я появляться в одиночку опасаюсь», — говорит Ирина.

Путем проб и ошибок Ирина поняла, что самостоятельно справиться ей легче с малогабаритной оптикой — немногим больше той первой зрительной трубы. Наблюдения чаще получается вести летом на даче. В городе ей удаётся скооперироваться с друзьями, которые помогают дойти и донести технику до удобного места.

«Существование астросообществ тоже решает многие проблемы. Например, недавнее лунное затмение было довольно поздно вечером, мне не очень хотелось стоять в это время где-то в темном закоулке даже вдвоем с сопровождающим — но RZNASTRO устроило „тротуарку“ („тротуарная астрономия“ — активность, которая стала популярной среди астрономов-любителей, организующих наблюдение за космическими объектами для всех желающих. — Прим.ред.), и я спокойно понаблюдала в компании единомышленников», — говорит она.

Коллективные мероприятия дают и возможность понаблюдать в чужую оптику, причем очень мощную. «Например, этим летом я смотрела в телескоп, внутри трубы которого я сама поместилась бы целиком! (И да, несмотря на габариты — это был любительский инструмент!). Вообще же, когда меня спрашивают о преодолении трудностей, в последнее время я вспоминаю личность, о которой узнала всего несколько лет назад: Нина Субботина. Это была одна из первых русских женщин-астрономов, родившаяся в конце 19 века, пережившая революцию, потерпевшая многие лишения после нее, и в годы Великой Отечественной — но самое главное — в возрасте 8 лет потерявшая слух и возможность ходить (до конца жизни пользовалась костылями). Я была в Пулковской обсерватории, где она работала. Я поднималась по крутой винтовой лестнице в башню телескопа, и это было испытание для моих ног, хотя я все же хожу без костылей. И образование ей удалось получить, несмотря на то, что, насколько я поняла, слух у нее был затронут сильнее, чем у Циолковского, о котором мы знаем больше… В общем, имея такие примеры перед глазами, по-моему, глупо ныть, что у тебя что-то не так», — говорит она.