23 июня 2015, 12:12 4143

Русский как иностранный. О том, как тестируют мигрантов

Вопрос миграционной политики в любой, даже самой толерантной в стране, почти всегда стоит остро и балансирует на грани человеколюбия и мизантропии. Не так давно встретить на улице иностранного гражданина, который по-русски ни бельмеса, было не так уж и трудно. После вступления в силу новых поправок в законодательство таковых стало гораздо меньше – ведь теперь каждый рабочий мигрант обязан сдавать экзамены по русскому языку, истории и основам законодательства РФ. Деловой портал YA62.ru поговорил с Екатериной Нистратовой, которая вместе с супругом занимается, пожалуй, одним из самых необычных бизнесов в городе.
Русский как иностранный. О том, как тестируют мигрантов Досье
Екатерина Нистратова Родилась 26 августа 1988 г. В 2011 закончила МГУТУ по специальности инженер-технолог. В 2013 году поступила в университет им. С. Ю. Витте на юридический факультет. Замужем, ребенку два года. В бизнесе попробовала себя в 2013 году, открыв вместе с супругом центр тестирования иностранных граждан на знание русского языка.

— Идея бизнеса возникла еще в 2013 году, когда на рассмотрение был внесен законопроект о тестировании иностранных граждан на знание русского языка. Мы заключили договор с одним из вузов и начали работать. Тогда экзамен был значительно проще, ведь он не был комплексным – мигранты не сдавали ни историю, ни основы законодательного права РФ. Благодаря двум годам работы мы смогли выявить основные ошибки и искоренить их. Работы как таковой в начале было немного: плавный поток иностранных граждан, сдающих экзамены на разрешение на временное проживание, вид на жительство или на гражданство. Трудовых мигрантов было немного, ибо в УФМС документы, подтверждающие успешное прохождение экзамена, пока не требовали. И уже с 2015 года началась работа: всех иностранных граждан обязали сдавать комплексный экзамен по русскому языку, истории и законодательству.

— Какие инвестиции необходимы в этот бизнес на первоначальном этапе?

— Так как мы проводим электронное тестирование, нам необходимо было закупить технику: компьютеры и сенсорные мониторы, также платить за аренду помещения, в котором проходил экзамен. Нельзя сказать, что это были какие-то непосильные траты. Впрочем, с 15-го года нам пришлось значительно расширяться: искать большую аудиторию, отдельное помещение для выдачи сертификатов, кабинет для лаборантов, покупать новое оборудование, нанимать персонал.

— В ресторанном бизнесе, можно сказать, «кадры решают все», как обстоит дело с этим в вашей сфере?

— Я бы не сказала. В данной сфере поток иностранных граждан, в основном трудовых мигрантов, определяет все, в том числе и прибыль. За время работы мы пришли к определенной схеме, по которой один сотрудник не может отвечать за все разом, а является, безусловно, ценным винтиком одного слаженного механизма.

— У восточных народов имеется традиция благодарить и обижаться, если подарок не принят. Проявляется ли это?

— Каждый второй поначалу пытался дать шоколадку, денег, принести плов. Доходило до того, что преподавателей провожали до светофоров, уговаривали взять денег, пихали в карман. Наши правила не позволяют этого — ни денег, ни шоколада, дабы не компрометировать организацию.

«В данной сфере поток иностранных граждан, в основном трудовых мигрантов, определяет все, в том числе и прибыль».

— Это к разговору о коррупционной составляющей?

— Да, она исключена в нашей организации. Один человек, даже тестирующий, ничего не решает, чтобы «договориться» придется это делать с каждым из сотрудников, а это, естественно, невозможно.

— Откуда тестируемые узнают о вашем центре?

— На сайте ФМС указаны адреса мест, где мигранты могут пройти тестирование. Однако же у каждого есть примерный образ в голове представителя трудовой миграции. И, надо сказать, активное пользование интернетом, особенно у старшего поколения, не является распространенной характеристикой среди этой группы людей. В данном бизнесе интернет — не самый лучший помощник в продвижении. В этой среде огромную роль играют так называемые посредники — люди, оказывающие содействие своим согражданам в адаптации к жизни в России. Прохождение регистрации, медицинской комиссии, экзаменов — они занимаются всем этим. Также мы очень плотно общаемся с руководителями диаспор, представленных в Рязани, они направляют к нам своих «подопечных».

— Неужели доступ к мигрантам есть только через мигрантов?

— Не обязательно. Еще в 14-м году, зная о вышедшем законе, мы направляли письма в организации, чья работа строится на трудовой миграции — это строительные, клининговые компании. Это дало свои результаты, но если говорить уж совсем на чистоту, то в данной среде «сарафанное радио» – наиболее действенный метод. Сдал, платить ничего лишнего не надо, понравилось — привел десяток братьев, сестер, жен, друзей, соседей...

— Скажи, что насчет конкуренции в данной сфере?

— Центр тестирования в РязГМУ начал работать не намного раньше, чем мы. Они сотрудничают с РУДН, который выдает сертификаты значительно медленнее нашего университета: как известно, иностранным гражданам сократили сроки подачи документов, а следовательно, для них тестирование в этом вузе было не таким комфортным по времени. Также есть центр тестирования в РГУ, который работает от Пушкинского университета, много информации о них я не имею, но не думаю, что там поток велик. Есть «Диалог», но у них были проблемы с УФМС, — по какой-то причине их сертификаты какое-то время не принимали. Вообще, и нас касалась данная проблема, но путем долгих переговоров и предоставления целой кипы необходимых документов, все было решено.

«Взаимоотношения в данном сообществе порой вызывают оторопь — сегодня ты его пожалел, а завтра он привел согражданина, взял с него деньги и соврал, мол, договорился обо всем».

— Я знаю, что помимо федерального тестирования появилось еще какое-то местное. О чем это?

— Не так давно в Рязани открылся центр тестирования, который помимо комплексного экзамена, проводят региональный экзамен — стоимость его ниже, сам тест значительно проще. Документ, который получает трудовой мигрант после прохождения данного экзамена работает только на территории Рязанской области в течение года. Мое скептическое отношение к этому совершенно ясно: не один десяток лет ведущие институты России разрабатывали программы тестирования иностранных граждан, а тут получается, что на местном уровне кто-то взял и порезал работу этих высоких умов, а после выдал продукт, который, по моему мнению, не имеет ничего общего с реальной проверкой знаний.

— С какими проблемами еще пришлось столкнуться?

— Из-за большого потока мигрантов мы порой не успевали. И тут вопрос стоял не о финансовой составляющей: сами сдающие вызывали сочувствие — стояли денно и нощно под дверьми, прося сдать экзамен, чтобы успеть к срокам. Первые два месяца мы работали на износ — с 8 утра до глубокой ночи. В день мы тестировали по 100 человек и из-за того, что все происходило быстро, наплывами и рывками, у нас не было времени, чтобы остановиться, подумать, проанализировать. Каждая ошибка исправлялась моментально, иначе это могло бы привести к ужасным последствиям. Сейчас, благодаря этому, работа отшлифована почти до идеала.

— Случалось ли такое, что сдающие хитрили?

— Мигранты, опасаясь не сдать экзамен, присылали вместо себя других людей — похожих и непохожих. Мы с этим боролись и боремся до сих пор, но сейчас это стало значительно проще, появился навык точной идентификации сдающих по их паспортам. Впрочем, нельзя сказать, что эта аудитория похожа на студентов, сдающих экзамены — ни разу не было такого, чтобы кто-либо попытался зайти в интернет, чтобы списать.

— В чем заключается специфика работы с данной аудиторией?

— Вообще, взаимодействие с трудовыми мигрантами вызывает у меня двоякие чувства: с одной стороны я бесконечно сочувствую им, ведь условия, в которых приходится существовать — просто ужасны, да и не от хорошей жизни человек переезжает в другую страну, чтобы заработать. С другой стороны, взаимоотношения в данном сообществе порой вызывают оторопь — сегодня ты его пожалел, а завтра он привел согражданина, взял с него деньги и соврал, мол, договорился обо всем. К сожалению, этот обман — настолько частое явление в мигрантской среде, что становится достаточно трудно продолжать доверять.

— Можешь ли ты сказать, что зная все подводные камни, ты бы с такой же уверенностью открыла подобный бизнес?

— Наверное, открыла бы. Я люблю работать, особенно в таких жестких условиях. После того, как полностью выстроив работу, ты оборачиваешься назад, оценивая пройденный путь, и понимаешь выверенность созданного механизма — в этот момент приходит счастье, разве не это главное?

Узнала, как заработать на экзаменах, Карина Кожаринова

Возврат к списку

Архив новостей