«Брызги чугуна почти как брызги шампанского»: почему рязанская молодежь возвращается на промышленное производство

Сасовский станкостроительный завод с момента своего появления в 1974 году стал одним из самых известных заводов этого профиля во всей стране. Своему развитию город Сасово во многом обязан заводу — два больших городских микрорайона «Южный» и «Северный» были построены после запуска предприятия для его работников. Завод успешно работал, продавая высокотехнологичную продукцию по всему миру, город развивался и процветал, пока не наступили те самые пресловутые 90-е, которые больше всего ударили по промышленности и малым городам, где люди в основном были заняты на производстве.

Как завод выстоял в 90-е и превратился в современное предприятие, на который идет работать молодежь, узнала корреспондент YA62.RU, побывавшая на предприятии.

Я выросла в Сасово и о заводе знала еще с детства — в основном это были печальные истории близких родственников. Кого-то сократили, кому-то не выдали положенную квартиру в новых домах микрорайона, кто-то остался с копейками вместо зарплаты. Таких историй в 90-е было полно на любом предприятии и в любом российском городе. Печальный образ «Састы» как символа упадка в детском воображении дополняло самое высокое здание в городе, принадлежащее заводу. 12-этажка долгие годы стояла заброшенной и была Меккой для опасных игр самых отчаянных подростков города. Совсем недавно здание, которое стало для города символом эпохи упадка, снесли.

Постепенно «Саста» как-то потихоньку начала возвращаться в городскую жизнь — то тут, то там появлялись объявления, что на предприятие из-за расширения производства требуются новые сотрудники, знакомые начали устраиваться работать на завод и вроде бы даже были довольны условиями и зарплатой, что для такого маленького города, как Сасово, редкость. Одним словом, то, что казалось убитым в хлам, каким-то удивительным образом начало восстанавливаться из руин. Поэтому побывать на заводе мне было интересно не только для того, чтобы написать репортаж, но и для того, чтобы закрыть травмы ребенка 90-х.

На литейный завод меня ведет сотрудница предприятия Ольга Бубейкина. Она с душой говорит о заводе — видно, что ей тут искренне нравится. «Мне нравится широта, размах того, что мы делаем», — говорит она. Она рассказывает, как устроено производство, замечает, что настоящие мужчины работают на литейке. Один из них, мастер цеха Олег Правосудов, встречает нас на проходной, чтобы провести экскурсию. «Брызги чугуна почти как брызги шампанского. И так у нас каждый день», — загадочно анонсирует он.

Когда мы входим в жаркий цех, становится понятно, почему Ольга говорила о настоящих мужчинах — здесь нужна физическая сила, ну работать поблизости с искрящимся раскаленным металлом малодушный человек, наверное, не смог бы. Здесь плавят чугун, а потом разливают его в формы разного размера — детали будущих станков. Олег Правосудов говорит, что ему нравится работа. «Я же сюда из Рязани приехал. Девчонки в Сасово красивые, вот я себе и девчонку нашел, и работу», — говорит он. Ольга рассказывает, что сейчас на заводе проводится много экскурсий по профориентации для школьников и студентов, и некоторые вдохновляются заводской жизнью и приходят после этого на производство.

Для некоторых это этап на пути к карьере в промышленности. Например, Дмитрий пришел на «Састу», потому что хотел остаться работать в родном городе.

— Начинал с ученика, за три месяца вышел в четвертый разряд. Хочу набраться опыта и пойти на вышку в области станкостроения, — делится он планами. Иван рассказал, что ему нравится работа и друзья хорошо относятся к его выбору.

— Работаешь и головой, и руками, видишь результаты своего труда. В общем, работа интересная и мне хочется в ней развиваться, — говорит немногословный парень, которого тоже зовут Дмитрий. Молодежи в цехе немало, да и вообще видно, что жизнь кипит. Ольга сетует, что в городе стало меньше учебных заведений, еще и поэтому молодежь тут не задерживается.

— Раньше у нас было три учебных заведения, предприятий было больше, люди работали и сразу могли устроиться. Теперь хорошо, что начало что-то возрождаться и для нас начали учить целевиков, — говорит она.

О заводе мне рассказал заместитель гендиректора и главный инженер Виктор Шаталов. Он проработал на «Састе» 35 лет, так что застал разные этапы работы предприятия.

— Мы, наверное, единственный завод в России, который имеет полный цикл производства. У нас есть свой конструкторский центр, который разрабатывает документацию, есть технологический центр, который делает технологию изготовления. У нас есть своя литейка, которая делает отливки, полный цикл механического производства, корпусных деталей и деталей тела вращения, сварочно-заготовительный передел, своя термичка и полная сборка, — рассказал Шаталов.

Изначально предприятие задумывалось как завод автоматических линий, но в 90-е заказы начали сворачиваться. Такого, чтобы завод вообще простаивал, в его истории не было, но был период, когда работали неполную рабочую неделю.

— В этот промежуток мы пытались выжить и, помимо станков, производили дорожную технику. Брались практически за все заказы, которые можно или нельзя было сделать, пытались во всех сферах народного хозяйства что-то сделать, чтобы получить заказ. Но основным направлением была дорожная техника. Мы делали асфальтосмесительные установки. Кстати, неплохо делали и вышли на выпуск двух установок в месяц, это хороший показатель. Делали девятитонные асфальтовые и грунтовые катки, бордюрные или тротуарные пятитонные катки, — говорит Виктор Шаталов.

Потом начала возрождаться промышленность, и снова потребовались станки завода «Саста».

— Производились сначала универсальные токарные станки, следующим этапом был переход на станки с ЧПУ. Ну и трубонарезные станки, которые применяются в нефтегазовой промышленности. Чуть позже мы освоили выпуск специализированного оборудования, — рассказал он. В 2018 году на заводе сменился учредитель.

Шаталов говорит, что еще десятилетие назад не мог предположить, что на предприятии будут делать станки, которые обрабатывают композитные материалы.

— И самое главное в этом станке, что при обработке стоит система слежения перемещения рабочего инструмента. То есть условие стояло, чтобы деталь по своей толщине имела минимальное отклонение в микроны. Мы такой станок сделали, — говорит он.

Во времена СССР «Саста» продавала станки практически по всему миру. После распада Союза продукцию завода покупали заказчики из Канады, они брали трубонарезные станки, Германия покупала токарные станки «562−564», также поставляли продукцию завода в Италию и одно время даже в Китай.

Сейчас на заводе работает около 1000 человек, есть сасовцы, есть вахтовики, которым предоставляется рабочее жилье, потому что, как объясняют на заводе, производство росло и рабочих рук не хватало. Но в 2023 году началась программа целевого обучения в Сасовском индустриальном техникуме.

Ученики, которые приходят на обучение «с улицы», не имея профессии, получают стипендию в 30 тысяч, дальше ученик должен сдать на разряд и идти уже полноценно работать по специальности. Зарплаты от 65 и выше, а средняя зарплата на заводе — 85 тысяч рублей. Привлечь молодых людей на предприятия можно. Для этого нужны достойные зарплаты и создание нового образа рабочего как человека, без которого невозможен прогресс и развитие.

— Главное — показать, наверное, и донести до народа, до молодежи со школьной скамьи, что работник не неудачник, который никуда не смог пробиться, а человек, который производят материальные блага, что без рабочих рук ничего не получится, искусственный интеллект, компьютеры, решат много, подскажут, но без рабочих рук, без специалистов ничего не будет, — говорит Шаталов.