Хранители
Ускользающая архитектура
Рязанской области
Ускользающая архитектура
Рязанской области
Наверное, слишком много ценностей собрала Рязанская земля, чтобы суметь их все уберечь, сохранить в потоке беспощадного времени. Архитектурное наследие, народные ремесла и навыки, слова и присказки, танцы и песни, история нашего края ускользают словно песок сквозь пальцы. Многие руинированные храмы Рязанской области уже нельзя спасти, но для некоторых есть еще надежда быть сохраненными не только на страницах исторических книг.
Корреспондент портала YA62.ru продолжает публиковать записи дневника очарованного странника, который пустился в долгую экспедицию по старинным храмам Касимовской епархии.
Корреспондент портала YA62.ru продолжает публиковать записи дневника очарованного странника, который пустился в долгую экспедицию по старинным храмам Касимовской епархии.
День первый.
Село Старое Березово
Село Старое Березово
На юго-востоке Рязанской губернии, недалеко от тамбовских границ, чуть южнее Сасова затерялись два Березовых села. Как говорят местные жители, до оврага Березово Новое, после — Старое. Так и жили люди на две деревни издавна, но мы путь держали именно в то, что старше. В самом сердце его, пусть и в крайне печальном состоянии, до наших дней сохранился двупрестольный кирпичный храм. Имя его достоверно не известно, но местные говорят, что возобновленная новоберезовская церковь Пресвятой Троицы приняла имя от разрушенной сестры, а еще что староберезовцы особенно, как престольный праздник, праздновали Успение Богородицы.
Каменный, построен он был в 1802 году на средства прихожан. Но исторические источники говорят о том, что уже в начале XVII в. на правом берегу Цны на вышенских покосных землях находился березовский погост и церковь при нем. Местность эта всегда была непростой, пограничной. Первыми поселенцами основанной в XVI веке Шацкой засеки и ее окрестностей были мордва, татаре да служивый люд — стрельцы и казаки. Языческая мордва и татарские магометане не спешили креститься, и именно по этим местам путешествовал с миссией рязанский апостол-архиепископ Мисаил в середине XVII века. Из Старого Березова он пишет великому государю о непослушной мордве и четыре недели ждет здесь государева указа, а получив повеление «взять с собой государски служилых людей… сколько человек пригож и, ехав, мордву и татар во святое крещение приводити», направляется к своей гибели.
Однако уже через 20 лет в разделившемся Березове стоят целых два храма, Богоявленский и Преображенский. Владеют Березовыми селами потомки местных татарских мурз и русские вотчинники, новгородские бояре Вышеславцевы. Позже Новое Березово будет связано с именами Нарышкиных, в Старом уже дворян Вышеславцевых сменят князья Енгалычевы. Деревянные храмы будут перестраиваться, менять названия. К ХХ веку село впечатляло своими размерами и самостоятельностью — со своими мельницами, крупорушками, кузницами, маслобойнями, крупнейшей пристанью Шацкого уезда на Цне, почтой, двумя школами, земским врачебным пунктом, библиотекой, большой базарной площадью, магазинами, лавками, трактирами оно вполне могло бы стать уездным центром, если бы в соседнем Сасове не построили железнодорожный узел. Храм процветал и славился «отличным хором и давно заведенным стройным общим пением».
Сегодня изящный храм Старого Березова превратился в руины. Первоначальный облик узнается в нем лишь благодаря округлому четверику да безглавой колокольне, похожей на оплавленную свечу. Стены крошатся в пыль, а кровля и фундамент давно сгинули во времени и поросли бурьяном.
День второй. Самодуровка
Эх, Самодуровка! Деревенька с лихим названьицем и такими же дорогами. Не счесть, сколько раз мы проехали мимо нужного поворота. Затерялась ты своими двумя домами да храмом деревянным за заброшенным яблоневым садом и заколоченной почтовой избушкой. И вроде бы от дороги рукой подать, но не проехать по осени ни в какую. Насмерть увязнуть можно. Потому и нам до храма пришлось пешком топать.
Если верить архивным записям, то церковь деревянная Троицкая с приделами Преображения и Алекандра Невского построена была на местные средства в 1888 году. Самодуровка была в те времена селом средним, на 180 дворов, и небогатым («дома общественные, плохие, сырые, холодные»), но помирать безвестно не собиралась, и даже прославилась в середине ХХ века полным кавалером ордена Славы.
В храме служили и при советской власти — в Рязань еще какое-то время сдавались метрические книги, однако в сохранившейся книге 1920 года заполнен был лишь третий раздел, отпевания, и ничего не говорилось ни о крещениях, ни о венчаниях. Неизвестна дата закрытия храма, но главки были сняты, а внутреннее пространство добротного сруба разобрано, чтобы использоваться под склад и сарай для скота. До сих пор еще можно найти на полу истлевшее зерно, навоз, старые газеты и даже аптечки, а на стенах порядковую нумерацию и следы креплений иконостаса. Сейчас о прошлом храма напоминают лишь замшелый белокаменный фундамент и нетронутая алтарная апсида. Храм Самодуровки ощущения оставил теплые, но печальные. Еще несколько лет, и от церкви может остаться лишь короткая справка в историческом справочнике за 1911 год.
В храме служили и при советской власти — в Рязань еще какое-то время сдавались метрические книги, однако в сохранившейся книге 1920 года заполнен был лишь третий раздел, отпевания, и ничего не говорилось ни о крещениях, ни о венчаниях. Неизвестна дата закрытия храма, но главки были сняты, а внутреннее пространство добротного сруба разобрано, чтобы использоваться под склад и сарай для скота. До сих пор еще можно найти на полу истлевшее зерно, навоз, старые газеты и даже аптечки, а на стенах порядковую нумерацию и следы креплений иконостаса. Сейчас о прошлом храма напоминают лишь замшелый белокаменный фундамент и нетронутая алтарная апсида. Храм Самодуровки ощущения оставил теплые, но печальные. Еще несколько лет, и от церкви может остаться лишь короткая справка в историческом справочнике за 1911 год.
День третий. Село Гридино
Если держать путь от Пителина на Запад, то через 12 километров, слева от дороги, еще доведется вам увидеть в селе Гридино храм Богоявления Господня. Происхождение названия села достоверно не известно. Возможно, оно образовалось от уменьшительного обращения имени Григория — Гридя, а может быть, от вышедшего из обращения старорусского слова «гридь», «гридьба», что означает «дружину». Село Гридино называли также Богоявленским, в честь храма. Построен он был в 1810 году отставным подпоручиком артиллерии князем Яковом Николаевичем Несвицким неподалеку от родового имения взамен утерянного, сочетает в себе черты барокко и классицизма.
От Несвицких имение во второй половине XIX века перешло Вуичам, сербам, бежавшим от турецкого ига и поступившим на военную службу к русскому царю. На территории церкви недавно удалось найти надгробие Георгия Мануйловича Вуича — героя Русско-турецкой войны 1787 – 1791 гг., сражавшегося под Очаковом и на реке Рымник, а позже успешно служившего прокурором и председателем суда, и статского советника Евгения Ивановича Покровского (родился в 1844, умер в десятых годах XX века). Еще цветущее в 1920-х годах село всего десятилетие спустя оказалось в самом центре беспокойного и кровопролитного восстания, в огне которого исчезли не только сотни жизней, но и сельский храм.
Богоявленский храм в Гридино в разную погоду встретит вас с разным настроением. Под солнцем он добродушно-рыжий, и даже рябина, пробившаяся сквозь стропила, украшает россыпью ягод истертую временем кровлю. Пред нами же под драматичными грозовыми тучами храм предстал во всем величии угасающей красоты.
На стенах четверика еще сохранились утонченные, вписанные в округлые арки росписи, рассматривать детали которых можно очень долго. А из-за крыльев ангелов и одеяний святых сияет вечный рассвет, наполняя искалеченное пространство воздухом и светом.
Если держать путь от Пителина на Запад, то через 12 километров, слева от дороги, еще доведется вам увидеть в селе Гридино храм Богоявления Господня. Происхождение названия села достоверно не известно. Возможно, оно образовалось от уменьшительного обращения имени Григория — Гридя, а может быть, от вышедшего из обращения старорусского слова «гридь», «гридьба», что означает «дружину». Село Гридино называли также Богоявленским, в честь храма. Построен он был в 1810 году отставным подпоручиком артиллерии князем Яковом Николаевичем Несвицким неподалеку от родового имения взамен утерянного, сочетает в себе черты барокко и классицизма.
От Несвицких имение во второй половине XIX века перешло Вуичам, сербам, бежавшим от турецкого ига и поступившим на военную службу к русскому царю. На территории церкви недавно удалось найти надгробие Георгия Мануйловича Вуича — героя Русско-турецкой войны 1787 – 1791 гг., сражавшегося под Очаковом и на реке Рымник, а позже успешно служившего прокурором и председателем суда, и статского советника Евгения Ивановича Покровского (родился в 1844, умер в десятых годах XX века). Еще цветущее в 1920-х годах село всего десятилетие спустя оказалось в самом центре беспокойного и кровопролитного восстания, в огне которого исчезли не только сотни жизней, но и сельский храм.
Богоявленский храм в Гридино в разную погоду встретит вас с разным настроением. Под солнцем он добродушно-рыжий, и даже рябина, пробившаяся сквозь стропила, украшает россыпью ягод истертую временем кровлю. Пред нами же под драматичными грозовыми тучами храм предстал во всем величии угасающей красоты.
На стенах четверика еще сохранились утонченные, вписанные в округлые арки росписи, рассматривать детали которых можно очень долго. А из-за крыльев ангелов и одеяний святых сияет вечный рассвет, наполняя искалеченное пространство воздухом и светом.
День четвертый. Урочище Богоявление
Признаться, такой необычной красоты не доводилось нам видеть ранее. Богоявленский храм стоит в чистом поле в Ермишинском районе, на заброшенном урочище у поворота на Большое Ляхово, и напоминает он не сельскую церквушку, а величественные храмы Византийской империи.
Признаться, такой необычной красоты не доводилось нам видеть ранее. Богоявленский храм стоит в чистом поле в Ермишинском районе, на заброшенном урочище у поворота на Большое Ляхово, и напоминает он не сельскую церквушку, а величественные храмы Византийской империи.
С какой бы стороны ни шли путники, ни ехали купцы с товарами на ярмарку в село Богоявление, отовсюду до появления самого села виднелась в небе сперва маковка с золотым крестом, и потом уже сам нарядный храм. Рядом возвышалась отдельно поставленная колокольня, оглашая окрестности звоном, но где она была, сказать сложно, даже место теперь забыто. Еще в 1885 году на средства церкви построили школу и организовали церковный хор мальчиков.
В истории немного сохранилось о храме и той местности. Известно только, что стояло на земле Рязанской богатое торговое село Богоявления, славилось еженедельными базарами то ли по вторникам, то ли по четвергам. Торговали пенькою, хлебом, мясом, солью, дегтем, деревянной посудой, железными вещами, обувью, лыками. Раз в году, в десятую пятницу после Пасхи, собиралась большая ярмарка, где можно было найти более ценные вещи: красный товар, сукна, сахар, железо... Храм первый, скорее всего деревянный, в том селе был построен еще в XVIII веке на деньги купцов от прибыли в торговых точках. И только в 1911 году был возведен каменный теплый храм, бесстолпный, равносторонний, полностью покрытый изнутри яркими искусными росписями, обвитый нарисованными цветами.
Шумела бы может и дальше в селе ярмарка, да грянула революция. Местные даже бунт подняли против надвигающейся системы и коллективизации. Но куда уж им? Кого убили, кто бежал, остальных расселили по соседним деревням. Постепенно не стало большого богатого села. Храм же долгое время использовали в соответствии с наиболее понятным советским властям назначением: содержали скот и хранили зерно. Стоит ли удивляться, что из всех алтарных росписей не была утрачена лишь одна — поцелуй Иуды?
Но сейчас все понемногу меняется. Кренившаяся когда-то к земле главка, хоть и осталась пока остовом, стоит ровно, двери целы, окна прикрыты. Храм передали Милостиво-Богородицкому монастырю поселка Кадом, и с 2012 года оживает храм, построенный незадолго до революции.
В истории немного сохранилось о храме и той местности. Известно только, что стояло на земле Рязанской богатое торговое село Богоявления, славилось еженедельными базарами то ли по вторникам, то ли по четвергам. Торговали пенькою, хлебом, мясом, солью, дегтем, деревянной посудой, железными вещами, обувью, лыками. Раз в году, в десятую пятницу после Пасхи, собиралась большая ярмарка, где можно было найти более ценные вещи: красный товар, сукна, сахар, железо... Храм первый, скорее всего деревянный, в том селе был построен еще в XVIII веке на деньги купцов от прибыли в торговых точках. И только в 1911 году был возведен каменный теплый храм, бесстолпный, равносторонний, полностью покрытый изнутри яркими искусными росписями, обвитый нарисованными цветами.
Шумела бы может и дальше в селе ярмарка, да грянула революция. Местные даже бунт подняли против надвигающейся системы и коллективизации. Но куда уж им? Кого убили, кто бежал, остальных расселили по соседним деревням. Постепенно не стало большого богатого села. Храм же долгое время использовали в соответствии с наиболее понятным советским властям назначением: содержали скот и хранили зерно. Стоит ли удивляться, что из всех алтарных росписей не была утрачена лишь одна — поцелуй Иуды?
Но сейчас все понемногу меняется. Кренившаяся когда-то к земле главка, хоть и осталась пока остовом, стоит ровно, двери целы, окна прикрыты. Храм передали Милостиво-Богородицкому монастырю поселка Кадом, и с 2012 года оживает храм, построенный незадолго до революции.
День пятый. Село Мердушь
Представьте на мгновение, что в Рязанской губернии на берегу пруда стоит храм, не уступающий скромным величием знаменитой церкви Покрова-на-Нерли? Это ли не чудо, обнаружить такую нежданную находку в селе Мердушь Ермишинского района. Сегодня от церкви Рождества Христова остались только стены. А когда-то она была прекрасна: пятиглавая, белостенная, обнесенная изящной кованой оградой. По пруду, что возле церкви, ходили разнообразные лодки, а молодежь гуляла вечерами по берегу.
Представьте на мгновение, что в Рязанской губернии на берегу пруда стоит храм, не уступающий скромным величием знаменитой церкви Покрова-на-Нерли? Это ли не чудо, обнаружить такую нежданную находку в селе Мердушь Ермишинского района. Сегодня от церкви Рождества Христова остались только стены. А когда-то она была прекрасна: пятиглавая, белостенная, обнесенная изящной кованой оградой. По пруду, что возле церкви, ходили разнообразные лодки, а молодежь гуляла вечерами по берегу.
Храм был построен в 1857 году в русско-византийском стиле на деньги местных жителей. Они нашли место на холме у пруда невероятно живописным, и постановили, что быть здесь церкви. На исполнение они также не поскупились, учитывая размах стен строения, а ведь была еще колокольня, разобранная в середине ХХ века.
О названии села ходят легенды. По одной из них, имя местность получила от имени татарина Мердыша, которому принадлежал находившийся здесь стан. По другой версии, на чугунолитейном заводе братьев Баташевых, вокруг которого и выросла Мердушь, непосильным трудом было загублено немереное количество душ. Мертвые души и дали название селу.
О названии села ходят легенды. По одной из них, имя местность получила от имени татарина Мердыша, которому принадлежал находившийся здесь стан. По другой версии, на чугунолитейном заводе братьев Баташевых, вокруг которого и выросла Мердушь, непосильным трудом было загублено немереное количество душ. Мертвые души и дали название селу.
День шестой. Село Акаево
В 1560 году царь Иван Грозный пожаловал земельные угодья, леса и рыбные ловли в Ермишинском районе татарскому мурзе Акаю Актушеву князю Кугушеву за то, что решился тот креститься в православную христьянскую веру. Оттуда и название деревни взялось — Акаево. Эти земли и стали родовым имением князей Кугушевых.
В 1560 году царь Иван Грозный пожаловал земельные угодья, леса и рыбные ловли в Ермишинском районе татарскому мурзе Акаю Актушеву князю Кугушеву за то, что решился тот креститься в православную христьянскую веру. Оттуда и название деревни взялось — Акаево. Эти земли и стали родовым имением князей Кугушевых.
Первая деревянная церковь в селе была построена в 1778 году, однако не прошло и 30 лет, как тетка князя Кугушева, княгиня Екатерина Постельникова, урожденная Лопатина, возвела красивый каменный храм Рождества Пресвятой Богородицы. Рядом был разбит сосновый парк, работала церковно-приходская школа.
В начале XX века в том же селе жила семья Остроумовых. Магистры гуманитарных наук, педагоги, ученые — они были действительно талантливыми людьми. Скажем, Андрей Остроумов, известный селекционер, был автором сорта яблок «Акаевская красавица».
С приходом советской власти церковь, естественно, закрыли. Вновь богослужения начались лишь в 1995 году. Церковь поменяла имя, став Троицкой, местные потихоньку разобрали центральную ротонду и начали служить в ней, словно спасаясь в круглой башне от разрухи трапезной части, поросшей травами. Строгая и выверенная по пропорциям колокольня хоть и утратила часть кровли, исхитрилась сохранить старинные деревянные конструкции, лестницы и настилы на мощных бревнах.
В начале XX века в том же селе жила семья Остроумовых. Магистры гуманитарных наук, педагоги, ученые — они были действительно талантливыми людьми. Скажем, Андрей Остроумов, известный селекционер, был автором сорта яблок «Акаевская красавица».
С приходом советской власти церковь, естественно, закрыли. Вновь богослужения начались лишь в 1995 году. Церковь поменяла имя, став Троицкой, местные потихоньку разобрали центральную ротонду и начали служить в ней, словно спасаясь в круглой башне от разрухи трапезной части, поросшей травами. Строгая и выверенная по пропорциям колокольня хоть и утратила часть кровли, исхитрилась сохранить старинные деревянные конструкции, лестницы и настилы на мощных бревнах.
Акаевские жители рассказывают, что в заброшенных домах села до сих пор находят старинные вещи, унесенные из храма или с кладбища. У одной из селянок обнаружили в печи княжескую чугунную надгробную плиту 1770-х гг. Долго она лежала у старейшин в огороде. А потом приехали люди, сказали, что из церковных, и забрали надгробие. Где она и кому принадлежала, сегодня не известно.
День седьмой. Урочище Данилово
Урочище Данилово было финальной точкой этого этапа нашей экспедиции. До сего дня все шло словно по часам, что было крайне странно. Мы ни разу не застряли в непролазной трясине на краю мира, не пробирались через кустарники и бурелом в рост человеческий, и даже ни разу с дороги не сбились, выспрашивая у удивленных жителей помощи. Все было бы слишком просто, если бы Данилово не добавило долю романтики в наше путешествие.
Урочище Данилово было финальной точкой этого этапа нашей экспедиции. До сего дня все шло словно по часам, что было крайне странно. Мы ни разу не застряли в непролазной трясине на краю мира, не пробирались через кустарники и бурелом в рост человеческий, и даже ни разу с дороги не сбились, выспрашивая у удивленных жителей помощи. Все было бы слишком просто, если бы Данилово не добавило долю романтики в наше путешествие.
С самого момента приближения к приусадебному Казанскому храму в каждом из нас поселилось устойчивое ощущение, что нам здесь не рады. Старинное владение князей Кильдишевых словно отворотить пыталось незваных гостей от своего сокровенного одиночества. Последние полверсты нам пришлось идти под дождем и пешком, чтобы не застрять в расхлябанной грязи. И будто этого было мало, нам предстояла переправа вброд через речку, пусть небольшую, но холодную. Осенние сумерки опускаются слишком быстро, не дают времени на раздумия.
Атмосфера гнетущая и призрачная, насыщенные сумеречные цвета оставили неизгладимые впечатления. Наконец, за поворотом дороги, мы увидели нашу цель — храм, построенный в 1812 году на волне патриотического подъема. Хоть и предполагалось ему быть теплым, средства на обогрев так и не нашлись, и остался храм холодным. На территории возле храма мы нашли не только надгробные плиты, но и входы в склеп бывших владельцев земли. В темноте мы несмело оглядели провалы — похоже, нам стоило передвигаться куда аккуратнее.
В самом храме вечером так же неуютно, как и за его пределами. Стоит зайти за угол, за стену, в соседнее помещение, чтобы потеряться и уже не слышать, что говорят остальные. Но остатки дневного света еще позволяли разглядеть сохранившиеся чудом росписи над алтарем. Снова он — поцелуй Иуды, сюжет, уже встречавшийся нам несколько дней назад в таком же одиноко стоящем храме. И этот божественный синий цвет, словно воздух рисовали красками неба.
Несмотря на то что этому месту пришлось не по вкусу, как мы нарушили его уединенный покой, нами было принято решение вернуться туда снова...
Далее записи обрываются.
Далее записи обрываются.
Фото: Марии Илларионовой
Текст: Дарьи Копосовой
Дизайн: Елизаветы Волхонцевой
Текст: Дарьи Копосовой
Дизайн: Елизаветы Волхонцевой
Информация о возрастных ограничениях в отношении информационной продукции, подлежащая распространению на основании норм Федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию».
Некоторые материалы настоящего раздела могут содержать информацию, запрещенную для детей.