
Максиму поставили диагноз почти три года назад
Максиму Торопцеву из Рязанской области всего 4 года, но он уже успел пережить больше, чем многие взрослые. В 2023 году родителям — Наталье Улукшаевой и Андрею Торопцеву — заявили о диагнозе, который прозвучал как приговор: миодистрофия Дюшенна. С того момента жизнь семьи разделилась на до и после.
Миодистрофия Дюшенна — генетическое заболевание, при котором мышцы постепенно теряют прочность. Из-за этого становится тяжело ходить и мышцы ног со временем атрофируются. По мере прогрессирования поражаются другие участки: руки, шея, спина и сердце. Чаще всего такой диагноз ставят мальчикам.
Родители рассказали журналистке YA62.RU о борьбе за жизнь Максима и о том, почему так важен всего один укол.
«Случайно узнали о заболевании»
Семья Улукшаевых-Торопцевых обычная: папа работает вахтой в Подмосковье, а мама — менеджер, которая так и не вышла из декрета. Максим для них долгожданный и очень желанный ребенок — первый сын, в котором родные души не чают.
Беременность у Натальи протекала без осложнений, а в июне 2021 года, в срок, родился Максим. Развитие малыша шло хорошо: он рано начал ползать и разговаривать. Так, к году мальчик мог уже сказать несколько слов. Причем в более раннем возрасте речь была лучше, чем сейчас, добавил папа.
«Когда Максим родился, был здоров, всё было хорошо. О заболевании мы случайно узнали в 2023 году, когда проходили обследование из-за повышенного мышечного тонуса. Нам посоветовали сдать анализ КФК, он показывает силу работы мышц, и по его результатам уже было понятно, что что-то не так. Результаты были намного завышены — 25 000 единиц. Потом мы легли в Рязанскую детскую областную больницу, сдали генетический анализ, который подтвердил миодистрофию Дюшенна», — вспоминает Наталья Улукшаева.
КФК — анализ активности креатинфосфокиназы. При подтверждении миодистрофии Дюшенна показатель повышен, а в норме — меньше 160 единиц.

До подтверждения диагноза признаков особо не было. Максим не мог прыгать, и мышечный тонус был повышен
А еще в постановке диагноза помогла сдача анализов АЛТ и АСТ, которые отражают работу печени. Его назначил один из рязанских инфекционистов, когда на глазе у Максима появился халязион, похожий на ячмень.
«Когда повышен КФК из-за разрушений мышц, он дает нагрузку на печень и повышается печеночный фермент. Эти анализы мы дважды пересдавали, а потом по КФК стало всё понятно. Редкие диагнозы в любом случае тяжело диагностировать. Я сама училась на медсестру, но о таком услышала вообще первый раз», — говорит мама Максима.
Кажется, в момент, когда узнали о диагнозе, ничего не почувствовали. Чувства пришли позже. Страшно, обидно… Почему мы? Почему?
По ее словам, врачи не давали никаких прогнозов, так как заболевание смертельное.
Сначала страдают мышцы рук, ног, и к 10 годам дети в инвалидную коляску садятся. Если без лечения, в 18–20 лет — смерть. В редких случаях бывает до 23–24 лет. Без лечения результат у всех один.
Под лечением Наталья Улукшаева подразумевает разовое введение препарата «Элевидис» — это одно из самых дорогих лекарств мира. Но в России его одобрить не могут, потому что у Максима есть альтернативный способ лечения — «Аталуреном».
«"Элевидис

Родители верят, что спасти Максима можно, если люди хотя бы информационно помогут
Сейчас заметно, что без лечения Максиму непросто: дольше получаса гулять ему трудно, хотя со сверстниками он общаться очень любит. Мальчику трудно даже крутить педали, поэтому с ним каждый день занимаются специальной гимнастикой и недавно назначили гормональные препараты.
Но одной лишь гимнастики мало — нужен укол, после которого у Максима появится шанс на здоровую жизнь.

В России мало детей с мышечной дистрофией Дюшенна
Как укол изменит жизнь?
«Элевидис» — первая в мире генная терапия для лечения мышечной дистрофии Дюшенна. Вводится препарат всего один раз, но в России его Максим получить не может, так как ему подходит симптоматическое лечение «Аталуреном».
Наталья Улукшаева назвала несколько факторов, которые влияют на цену «укола жизни»:
У «Элевидиса» пока нет аналогов, а производство дорогое.
Заболевание редкое, и спрос на генное лечение маленький.
«В России этот препарат выдают специальные фонды, но там есть определенные критерии, по которым мы не прошли, подходит симптоматическое лечение. Мы подавали запрос в клинику в ОАЭ, всё согласовали, нас там ждут, но счет на лечение — 235 миллионов в рублях, и мы верим, что справимся. Ради Максима», — говорит Наталья Улукшаева.

Бабушка добавила: при Максиме и ради цели они держатся, но порой эмоции захлестывают. Раз за разом приходится брать силы из надежды на здоровье внука
Счет выставляется в долларах, просто родители сразу перевели его в рубли, и желающим помочь готовы предоставить подтверждающие документы. Чтобы закрыть сбор, Наталья начала вести блог в конце 2025 года.
С тех пор на лечение удалось собрать больше 6,6 миллиона рублей

Время уходит быстрее, чем набирается нужная сумма
Историей маленького, но сильного Максима Торопцева интересовались некоторые знаменитости. Среди них — Никита Киоссе, бывший участник группы MBAND, родившийся в Рязани. В начале марта он приезжал в гости к семье: рассказал о себе, поспрашивал про мальчика и поиграл с ним, а также пообещал землякам как минимум информационную поддержку.
И после встречи на канале Никиты Киоссе появился ролик из дома Торопцевых.
Под роликом было много поддерживающих комментариев
Вести блог и монтировать видео Наталье помогают неравнодушные соседи.
Максим ничем не отличается от сверстников ментально: он хорошо развит, любит играть и ведет себя на свой возраст. Но трудности с движениями делают его не такими, как другие. Сейчас мальчик дважды в год ездит на плановую госпитализацию в Москву и ежедневно через силу занимается специальной растяжкой.
Возможно, Максима всё-таки отдадут в детский сад, чтобы он больше общался со сверстниками. Но пока главная цель родителей — сделать сына здоровым, несмотря на то что бывает самим морально трудно.






