Компании накопили «плохих» кредитов на 11 трлн рублей. Пора ли уже тревожиться о массовых дефолтах?

Доля проблемных кредитов, выданных российскими банками компаниям, за год выросла до 11,5%. «Фонтанка» разбиралась, можно ли считать это предвестием кризиса. Что случилось Банк России на прошлой неделе опубликовал информационно-аналитический материал «О развитии банковского сектора РФ в марте 2026 года». Из него следует, что к 1 марта доля проблемных кредитов, выданных юридическим лицам, в общем портфеле банков составила 11,5%. В деньгах объем обязательств, которые при худшем раскладе могут быть не исполнены, составил 10,9 трлн рублей. Чтобы обезопасить себя от неисполнения обязательств заемщиками, банки делают резервы. Резервами и качественными залогами покрыты только 54% проблемных кредитов компаниям. ЦБ оценивает этот уровень как приемлемый, а риски по непокрытой части — как управляемые. «Банки вместе с заемщиками стремятся найти решения, которые помогут последним справиться с трудностями», — отмечается в материале. В аналогичной публикации за март 2025 года доля проблемных кредитов в корпоративном секторе оценивалась в 3,9%, что составляло 3,1 трлн рублей. Из этого можно сделать поспешный вывод (который и сделали некоторые телеграм-каналы), что за год показатель вырос на пугающие 7,6 процентных пункта. Однако на самом деле это два разных показателя, и резкий рост проблемной задолженности связан со сменой методологии оценки. Как росла доля «плохих» долгов Если к началу марта 2025 года «плохие» кредиты, выданные «корпоратам», оценивались в 3,1 трлн рублей (3,9% портфеля), то к началу сентября их объем подрос до 3,5 трлн рублей (4,2%). А на 1 октября он резко увеличился до 10,4 трлн рублей (11,4%). Это объясняется тем, что в сентябре–октябре ЦБ изменил методологию оценки качества корпоративных кредитов, приведя ее в соответствие со своим ежеквартальным обзором «Банковский сектор». Как следует из материалов регулятора, новый показатель учитывает задолженность юридических лиц, включая субъекты малого и среднего предпринимательства (МСП). К проблемным кредитам относят корпоративные ссуды IV–V категории качества. IV категория указывает на высокую вероятность того, что заемщик не сможет выполнить свои обязательства, и ссуда обесценится на 51–100%. V категория соответствует кредитам, которые уже точно не вернут, и они обесценятся на 100%. Также на основе отчетности банков в показателе учитываются рискованные реструктуризации и иные проблемные кредиты. В последнем квартальном обзоре (за 4-й квартал 2025 года) ЦБ отдельно приводит данные по кредитам всех юрлиц и отдельно — малого и среднего бизнеса. У первых доля проблемных ссуд в общем портфеле составляла тогда 11,2% (10,6 трлн рублей), а отдельно у МСП — 17,8% (1,3 трлн рублей). Всё это связано с ранее взятыми бизнесом кредитами по высоким ставкам. «За 2025 год доля проблемных кредитов в этом сегменте (МСП. — Прим. ред.) выросла на существенные 5,6 процентного пункта», — комментирует в обзоре регулятор. Какие отрасли в зоне риска Всего за 2025 год проблемные кредиты компаниям выросли с 8,4 до 10,6 трлн рублей, то есть чуть больше чем на четверть. Из этих 2,2 трлн большая часть пришлась на организации из сфер недвижимости и строительства, нефтегазовые компании и финансовых посредников. Также большая доля кредитов плохого качества наблюдается в торговле — 11% от общего объема на конец года. При этом у промышленных предприятий доля проблемных задолженностей сравнительно небольшая. Наиболее подвержены кредитному риску строители, добытчики нефти и газа, металлов и угля. Мантра о том, что «дорогие кредиты душат инвестиции», сильно преувеличена. Российский бизнес в принципе инвестирует не за счет банков. По данным Росстата, около 70–80% вложений в основной капитал компании делают из собственных средств — прибыли и денег акционеров. На банковские кредиты приходится лишь небольшая доля, в районе 8–10%. Из этого следует, что ключевое влияние на инвестиции оказывает не стоимость заемных денег, а наличие у бизнеса собственных ресурсов и уверенности в будущем. Кредит в российской модели — это в первую очередь инструмент для поддержания оборотных средств, сглаживания кассовых разрывов и рефинансирования, а не двигатель капитальных вложений. Поэтому повышение ставок само по себе может усложнить жизнь отдельным компаниям, особенно закредитованным, что и можно заметить по этой разбивке, но не ломает инвестиционный процесс в целом. Это уже критично? Опрошенные «Фонтанкой» эксперты сходятся во мнении, что 11,5% проблемных кредитов всё же свидетельствуют о тревожной ситуации. Людмила Рокотянская, эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций», отмечает, что цифра не отражает число всех реструктуризаций, а банки регулярно «очищаются» от «плохих» долгов, продавая их коллекторам, но не смогут делать это бесконечно. В 2025 году кредитные организации поставили рекорд по проданным долгам. В наиболее уязвимом положении, по мнению эксперта, находятся представители МСП и индивидуальные предприниматели, которые часто занимают не у банков, а у микрофинансовых компаний и организаций. Поэтому статистика может запаздывать и не отражать полную картину с неплатежами и проблемными долгами в экономике. Плюс к тому в последнее время сильно вырос «риск контрагента» — когда проблемы у одной компании вызывают кассовые разрывы у ее контрагентов и далее негативный эффект передается по цепочке. Быстрый рост просроченной задолженности компаний не может не вызывать опасений, но пока ситуация некритическая, считает аналитик ФГ «Финам» Игорь Додонов. По его словам, у банков сохраняется неплохой запас прочности, а ЦБ принимает меры, чтобы сдерживать дальнейший рост рисков. В частности, поэтому с 1 марта регулятор повысил до 100% макропруденциальную надбавку по кредитам, выдаваемым компаниям с уже высокой долговой нагрузкой. «Я бы назвал текущую ситуацию тревожной, но пока не катастрофической», — говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global. Часть роста проблемных кредитов, который фиксирует ЦБ, действительно объясняется изменением методики учета данных, но 11,5% для корпоративного портфеля — это уже высокий показатель. «Особенно настораживает сегмент МСП, — рассуждает эксперт. — Регулятор прямо пишет, что заемщики продолжали испытывать трудности с обслуживанием ссуд, взятых по высоким ставкам. Это уже не локальная статистическая аномалия, а сигнал, что дорогие деньги начали заметно давить на часть бизнеса». При этом бóльшая часть компаний всё еще не испытывает трудностей с обслуживанием долга, говорилось ранее в обзоре ЦБ. По мнению аналитика, это важная оговорка. Какой уровень станет критичным Маркером серьезных проблем стало бы увеличение доли проблемных корпоративных кредитов до 13–15% по всей банковской системе и от 20% и выше — для МСП, закрепление показателей на этих уровнях и их рост в течение нескольких кварталов, считает Владимир Чернов. Это бы свидетельствовало о том, что проблемы выходят за рамки отдельных отраслей, угрожают новому кредитованию, прибыли банков и инвестиционной активности в экономике. В таких условиях нужны уже не точечные, а срочные системные меры. Какие меры это могут быть Продление действия более мягких правил по резервам для кредитов, которые банки реструктурируют и которые всё еще можно «спасти». Центробанк уже продлил это послабление до 1 июля 2026 года — чтобы банки охотнее шли навстречу заемщикам с временными финансовыми трудностями.Точечные программы рефинансирования или субсидирования ставки для отраслей, где проблема носит не спекулятивный, а циклический характер.Более ранняя и жесткая диагностика заемщиков по отраслям, где уже есть ухудшение. В мартовском обзоре ЦБ прямо указал на ухудшение положения отдельных заемщиков из строительной, промышленной и телекоммуникационной отраслей.Поддержка капитала банков, если рост проблемных долгов начнет быстро съедать запас прочности и сдерживать выдачу новых кредитов.