«Они не любят, когда их жалеют и хотят, чтобы их выслушали»: рязанка — о том, как пережить сексизм в колонии и увидеть в преступнике человека

Мы привыкли, что служат в основном мужчины. Для них существует обязательная срочная служба в армии, да и в целом именно их чаще ассоциируют с ролью защитников. Но в системе ФСИН (Федеральной службе исполнения наказаний) служат и мужчины, и женщины. В преддверии 8 Марта мы пообщались с сотрудницей УФСИН России по Рязанской области выпускницей рязанской Академии ФСИН России и узнали, как она, работая с осужденными, сочетает погоны и женственность.

Александре Рабизо скоро исполнится 25 лет, а она уже успела побывать курсантом и поработать в колонии с осужденными. Девушка окончила академию по специальности «психолог», после выпуска ее распределили в ФКУ ИК-3 строгого режима в Скопине. Эта мужская колония примечательна тем, что там отбывают наказание бывшие сотрудники судов и правоохранительных органов, в том числе ФСИН.

«У нас очень интересная профессия, потому что за стенами мест лишения свободы зачастую собираются люди с проблемами и психологическими травмами. Я уверена, что люди не просто так туда попадают, хотя бывают и случайности. На этой работе ты узнаешь людей, нюансы из их детства, и можешь потом понять, почему человек совершил преступление. „Тройка“ была интересной колонией. Там находятся осужденные — бывшие сотрудники. Мне было очень страшно туда идти, потому что я была молодой и ничего не знала.

Оказалось, что людям важно не то, сколько тебе лет, а важно умение найти нужные слова. Самое трудное — это слушать их истории без чувства жалости. Они не любят, когда их жалеют, они просто хотят, чтобы с ними поговорили и выслушали. Они не видят своих жен, родителей, детей, их круг общения очень узкий. Бывали случаи, когда приходишь к осужденному, а он смотрит и говорит: „Ну и что вы можете мне сказать? Как вы можете мне помочь? У вас жизненный опыт в два раза меньше, чем вся моя жизнь“. Но когда ты уже начинаешь разговаривать с человеком, он потом просится еще к тебе на беседу, участвует во всех твоих мероприятиях», — рассказала Александра.

Она относится к осужденным как к своим клиентам, не обращая внимания на статью, по которой те сидят. Все же, обычный человек наверняка испытывал бы дискомфорт при посещении колонии, а возможно и страх. Александра же так легко и интересно рассказывает о своем опыте, будто она проводила сеансы психолога в уютном кабинете, а не в исправительной колонии.

«Психолог — это нейтральное лицо, — рассказывает она. — У нас с осужденными должны быть доверительные отношения, чтобы они понимали, что могут спокойно тебе все рассказать. Они могут увидеть в тебе свою дочку, например, и ему будет просто приятно с тобой поговорить и вспомнить ее. Я для них исполняла роль близкого человека, с которым они могут поговорить. Женщин в мужской зоне сопровождают, никаких опасных ситуаций не происходило, потому что их быстро предотвращали. Конечно, случались неуместные шуточки, но это нужно уметь пресекать.

Я не могу принять от них никакого внимания, этому нас учили пять лет в академии. Я сотрудник, а они — люди за решеткой. Не было такого, чтобы мне было неприятно. Если бы это вышло за грань, со мной всегда был сотрудник мужчина, который быстро бы это пресек. Консультация проводится через решетку, вы не имеете права контактировать тактильно. Даже если человек плачет, его нельзя подойти и обнять. Тут важно их замотивировать, чтобы они хотели к тебе приходить. Например, я проводила психокоррекцию с метафорическими карточками, им было интересно. Бывает и групповая работа, они могут отрабатывать какие-то навыки в группе».

Александра прошла большую подготовку для этой работы, проявила свой профессионализм на практике не один раз. Но все же она — обычная молодая девушка, со своими страхами и мечтами, с которыми остается наедине после рабочего дня. Александра поделилась, какие мысли могут беспокоить выпускницу академии ФСИН:

«Я думала, что мне будет очень страшно идти работать в колонию, но нет. Оказалось, что там такие же обычные люди. Наша профессия сложна еще тем, что ты служишь. Ты в погонах, ты уже не просто обычный человек. Но в принципе, это все можно спокойно пережить. В нашей системе можно ощутить настоящий коллектив, потому что у нас у всех одинаковые проблемы, они нас связывают и мы любим их обсудить.

Для меня было непросто учиться в академии ФСИН. Там ты должен совмещать учебу и службу. Сейчас же я просто работаю, выполняю в рабочее время служебные задачи. Они бывают разными: смотры формы, построения, сборы личного состава. Это было и в академии, и здесь. Но это все равно проще, потому что происходит в рамках рабочего дня. Главное не приносить домой свои рабочие трудности, иначе можно очень быстро выгореть.

В работе после выпуска из Академии намного проще. Людям, которые устраиваются просто «с улицы», тяжелее, они менее стрессоустойчивые. На психологическом факультете учатся в основном девушки. Нам удавалось совмещать учебу, домашние задания, наряды, физподготовку, огневую подготовку, утренние построения и все, что связано со службой. Тогда бывали моменты, когда казалось, что я не справляюсь. Но сейчас мы больше всего эти именно моменты и вспоминаем с друзьями, смеемся вместе, и как будто даже хочется еще раз пережить их».

Поработав в исправительной колонии в Скопине, Александра перевелась обратно в Рязань, и теперь работает в Управлении ФСИН по Рязанской области психологом. И с теплом вспоминает учебу в академии:

«В академии я пошла в барабанщицы. И это мое лучшее воспоминание, потому что у нас образовался дружный коллектив, маленькая семья даже, где все друг-друга поддерживали. И не только на словах, мы и служебные обязанности разделяли, и помогали исправить ошибки, чтобы не наказали никого. Мы ездили на концерты, встречались потом и вне академии. Кто-то спортом занимался: волейболом, борьбой, кто-то проводил мероприятия и фотографировал, а некоторые уходили в научную деятельность.

Найти себе дело ты мог, а те, кто просто сидели, время у них тянулось долго. В целом, учиться было интересно. Много теории, хорошие преподаватели. Единственное, хотелось бы больше практики, которая применяется в работе. У нас была практика по месяцу на трех курсах, но это не дало полного понимания, как и что делать на рабочем месте. Сегодня нам, молодым специалистам, повезло, наша начальница психслужбы всегда нам помогает. То есть нам не страшно позвонить в управление и сказать: „я не знаю, не умею, не понимаю“. Тебе все объяснять по полочкам, бери и работай. И это огромный плюс, потому что не во всех регионах так. Поэтому на работе чувствуется поддержка и от начальства, и от коллег»

Хоть в системе ФСИН служат все, вне зависимости от пола, люди всегда остаются людьми. Александра рассказала, когда девушкам может быть чуть проще, а когда они вызывают восхищение:

«Если говорить про сотрудников, то мне было проще, потому что я девушка. Просто морально проще попросить помощь, улыбнуться. Если найти подход к мужчинам, они всегда помогут и подскажут. Говорят, конечно, что у сотрудников якобы нет пола. Но он все равно есть, все мы люди. Я думаю, что к женщинам лояльнее относятся: где-то не накричат, где-то не так сильно наругают. На самом деле, когда я смотрю на наших сотрудниц, особенно у которых есть дети, они вызывают у меня уважение. Они успевают все, после работы приходят домой и делают с детьми уроки, поделки, проекты. Я не понимаю, как у них хватает на это сил. В скором будущем я бы тоже хотела детей, но сейчас не могу представить свой день с ребенком, это вызывает панику».

Работу с осужденными принято считать чем-то страшным и неприятным, да и службу во ФСИН многие считают как минимум тяжелой. Но Александра легко и задорно рассказывала обо всем. Тяжелые моменты бывают в каждой работе, а справиться с испытаниями помогает легкий и добродушный характер.