«Зимой справляем нужду в ведро»: рязанцы выживают в селе, где почта «умерла», а аптеки вообще нет

В селе Мосолово Шиловского округа люди вынуждены выживать, а не жить. Вокруг лишь разруха — она доходит до того, что многим приходится получать пенсии, корреспонденцию и оплачивать коммуналку в здании, которое вот-вот рухнет. Речь идет о почте. Но и это не единственная боль местных, признались они корреспонденту YA62.RU.

Ради здоровья местным даже приходится ездить в соседние населенные пункты, потому что в Мосолове аптек нет. Зато есть небольшая амбулатория.

Светлана Коновалова лично отправилась в Мосолово, чтобы понять, как выживают люди и почему село не могут привести в порядок годами. А еще там в обозримом будущем может разрушиться почта. Пока она работает всего раз в неделю и находится в аварийном деревянном домике без коммуникаций и базовых условий.

На работу в Мосолове особо не жалуются. В окрестностях есть сыродельный завод, хлебозавод, магазины, школа, амбулатория, садик, интернат для детей с особенностями развития, сельский клуб и библиотека, а для человеческого счастья даже асфальтировали главную дорогу и благоустроили парк. Но людям этого мало — они боятся за себя и близких.

Свой рассказ пенсионерка из села Мосолово начинает сразу с проблемы. Она даже не успела представиться.

«Я живу здесь уже много лет. Мне нравится, когда на нашу улицу переезжает молодежь и начинает строительство домов, но ведь у нас даже кровь на анализ не берут, да и за лекарствами приходится в Лесной или Шилово ездить», — говорит пожилая женщина, сидящая на лавке около своего дома.

Больше всего ее возмущает состояние почты. Одному богу известно, сколько ее не могут привести в порядок. Деревянному домику, где выдают пенсию и газеты, с каждым днем хуже. Вряд ли почту закроют, но страх присутствует, признается женщина. Хотя она уже работает всего раз в неделю — по средам.

Из ниоткуда появилась соседка пенсионерки — Елена — она же предложила пройти к местной небольшой церкви и поговорить с отцом Василием. Он бывший учитель и знает обо всем, что происходит в селе.

Василий сам с улыбкой пригласил меня в небольшую комнатку для разговора и начал издалека:

«Раньше здесь был районный центр. Были предприятия высокого уровня. В моей молодости тут было много работы», — промолвил Василий, отмечая, что к Мосоловскому сельскому поселению относится еще 15 сел и деревень, но нигде нет аптек, а с почтовыми отделениями серьезные проблемы.

Многие жители сел в предпенсионном или пенсионном возрасте, и им трудно ездить в то же Шилово, чтобы отправить посылку или купить лекарства. А относительное благоустройство села — это заслуга жителей, утверждает священник.

«Все то, что было сделано до этого — делали мы. И нам осталось просто доживать свою жизнь. Хотелось бы провести оставшиеся годы в нормальных условиях», — делится собеседник.

«Поэтому у нас не требование — у нас нижайшая просьба к властям — чтобы они нас не забывали, чтобы давали возможность и нам жить в нормальных условиях», — заключает беседу отец Василий.

После разговора со священником я решила зайти в сельскую библиотеку и клуб, а как вишенку на торте оставила злополучную почту.

В Мосолово ради библиотеки приезжают даже из соседних сел, а в общей сложности насчитывается около тысячи читателей, рассказала мне сотрудница Людмила. Там целых два читальных зала, много книг и журналов.

«Есть даже один мужчина у нас, который почти за 20 с лишним километров приезжает, потому что в своей библиотеке он все прочитал. А так у нас хорошо», — с улыбкой говорит Людмила.

В сельском клубе меня встретил не запах старых книг, а веселая музыка, которую слышно с улицы. Изнутри здание выглядит довольно достойно, хотя немного смутил разобранный потолок. Иногда он протекает, но с ним хоть что-то начали делать.

Сотрудница клуба Наталья полностью поддерживает позицию односельчан по постройке аптеки и реставрации почты в Мосолове.

«Мы молодые, у нас есть автомобили, поэтому мы можем спокойно доехать за лекарствами. А вот пожилым тяжело. Бабушки наши и дедушки, особенно одинокие, очень стесняются нас просить. Никто и никогда не отказывает, но было бы все-таки неплохо открыть аптечный пункт», — говорит собеседница.

Попрощавшись, я иду в сторону того самого отделения местной почты, где меня уже ожидает местный житель Юрий. Неоднократно, по его словам, были обращения и к чиновникам, и к депутатам по поводу аварийного состояния здания, но все безрезультатно.

«Я собирал подписи, отправлял заявления, а нам отписку прислали и забыли, видимо. А нам как быть? Раз в неделю почта работает, а в аптеку вообще ездить приходится. У меня-то машина есть. А как быть тем, у кого ее нет? До железнодорожной станции идти далеко, поэтому я не знаю, как пожилым людям в таких условиях выживать. Такси 1000 рублей стоит, а соседей им тоже просить не всегда удобно», — начал говорить он.

По трясущимся рукам и переходам на крик стало ясно, что Юрий очень возмущен такой жизнью и отсутствием результатов.

Здание почты шокировало сразу. Незнающий человек даже не поймет, что в таком древнем (но красивом) домике может работать государственное учреждение. Разваливающиеся ступени, покосившаяся входная группа и протекающий везде потолок наводят на мысли, что в один момент мы просто можем не выйти, оставшись погребенными под завалами.

Внутри толпятся люди. Им нужно получить пенсию, купить газеты или оплатить коммуналку — почта же работает всего день. Каждый человек занят своим делом: кто-то просто стоит в очереди, кто-то заполняет документы, а кто-то просто болтает с почтальоном Светланой, перед которой лежит огромная пачка денег.

Женщину здесь знают все. Она работает не первый год. Светлана жалуется, что очень устала, просит ее не отвлекать и искать свои письма самостоятельно, потому что если она ошибется при счете, то ей придется вкладывать деньги и собственной и так маленькой зарплаты.

Я спрашиваю ее, почему в помещение, где люди работают с деньгами, можно заходить. Женщина объясняет это лаконично — бардаком в отделении. И проблема не только в аварийном здании.

«У нас не хватает работников. Не раз я об этом говорила, когда звонила в главное отделение почты. Есть человек, который готов стать начальником у нас, но, видимо, руководству это не нужно. А когда мы успеем все это разобрать, если работаем один день в неделю и то всего лишь несколько часов? Я понимаю, что здесь посторонние, но у меня нет другого выхода. Почтальонов брать тоже не хотят. У нас есть несколько отдаленных сел, так вот в некоторые из них вообще просят соцработника пенсию носить, и она делает это, хотя не должна», — громко говорит Светлана.

Потом она не выдерживает и ведет меня в другую комнату. Здесь Светлана уже начинает повышать голос. Женщину буквально трясет от обиды и злости.

«Вы понимаете, что у нас даже минимальных удобств нет? Раньше нас в туалет в клуб пускали, а теперь вот запретили, поэтому мы в теплое время бегаем в кусты, благо что заросли рядом, а зимой прямо здесь закрываемся и справляем нужду в ведро», — со слезами на глазах говорит Светлана.

По словам посетителей, с которыми я поговорила, в селе есть места, куда можно «переселить» почту и рядом открыть аптеку. Есть пустующее и давно закрытое кафе, а в здании местной администрации много кабинетов не используют. Только решать вопрос благоустройства важных мест никто не спешит.

После разговора с людьми я направилась в администрацию Мосоловского сельского поселения, чтобы пообщаться с главой Еленой Томенко. По пути неподалеку от интерната я заметила железнодорожную станцию и поняла, что действительно не каждый сможет дойти до нее.

На машине я ехала до этого места около десяти минут.

Елены Томенко на рабочем месте не оказалось, но в здании я встретила женщину, которая представилась ее секретарем. Когда я начала фотографировать коридор, меня попросили прекратить съемку. Я предупредила, что нахожусь в общественном месте и сама она на фото не попадает, а чтобы снять все подозрения, показала свое журналистское удостоверение.

Только после этого секретарша немного успокоилась и объяснила, что Томенко выехала на мероприятие возле сельского клуба. Пришлось возвращаться туда.

Подъезжая к месту, я увидела группу школьников и нескольких женщин: одна из них фотографировала все на камеру телефона, а другая >— Елена Томенко. В это время глава поселения вместе с детьми принимала участие в какой-то тематической акции.

Говорить со мной Елена Томенко согласилась только в процессе высадки деревьев, сославшись на нехватку времени.

Стоит отметить, что разговор получился простым и недолгим.

«Да, трудности, конечно, есть, но это же собственность „Почты России“. А ко мне и администрации здание никакого отношения не имеет. Я вам больше скажу, в нашем поселении есть село Муратово. Там приличное здание, кирпичное, но оно не работает уже больше года», — заявила глава.

Вопрос с аптеками Елена Томенко тоже практически не прокомментировала — не в ее компетенции.

«По поводу аптеки нам ответили, что она может располагаться в поселении свыше 3 000 человек населения. Но у нас даже не то что в Мосолове, во всех близлежащих пунктах такого количества не набираем. У нас были аптечные киоски, но они оказались нерентабельны», — говорит чиновница.

Елена Томенко пояснила, что в этом вопросе помочь ничем не может, и посоветовала обратиться в Минздрав Рязанской области.

Перед тем как уезжать, я решила сделать еще несколько фотографий сельских пейзажей. Но тут ко мне подошла женщина и строгим голосом спросила, зачем я тут фотографирую. Разговорились. Она честно призналась, что приняла меня за диверсантку.

Ольга рассказала, что аптека у них все-таки была, но закрылась.

«Когда-то на улице Совхозной, в здании администрации, работала аптека, но она была коммерческой. Фармацевта Татьяну тогда оставили на полставки, а зарплата у нее выходила около четырех рублей. „Как на это жить?“ — сказала она и ушла. Это было примерно восемь–девять лет назад. Потом на ее место пришла женщина, работавшая акушеркой в Задубровье. Ее оставили работать раз в неделю — до полудня. Но, видимо, прибыли не было, поэтому опять все закрыли», — пояснила Ольга.

По ее словам, в помещении спустя время открыли салон красоты, но проработал он всего два месяца. Затем некий коммерсант якобы привез оборудование, шкафы, холодильники и устроил новый бизнес. Татьяна, как говорит Ольга, хотела трудоустроиться туда, но ее не взяли.

Еще через четыре месяца оборудование и вовсе увезли.

Здание почты в Мосолове действительно принадлежит непосредственно АО «Почта России», а значит, содержать имущество в надлежащем состоянии, обеспечивать сохранность, безопасность и пригодность для использования обязан собственник. Так ответили в администрации Шиловского округа на запрос редакции YA62.RU.

Чиновники обратились в АО «Почта России» с предложением привести помещение в порядок, но так и не пояснили, получили ли ответ.

Что касается обустройства отделения в более пригодном помещении, в администрации пояснили, что от АО «Почта России» информация по вопросу о выделении или строительстве для этих нужд нежилых зданий не поступала.

А аптечные пункты в сельском поселении закрыли еще в 2020 году из-за отсутствия оборудования и программного обеспечения на базе ФАП. При этом маломобильным жителям, инвалидам и пожилым людям помогают с лекарствами и другими медицинскими изделиями.

Редакция YA62.RU направила запрос и в управление федеральной почтовой связи Рязанской области. На момент публикации ответ получен не был.

Прощаясь с жителями, я услышала много слов благодарности за то, что взялась рассказать об их проблемах. Люди настроены серьезно и не намерены отступать.

«Мы все равно будем добиваться справедливости. Мы не для себя стараемся, а для всех. Село надо развивать, поэтому без почты и аптеки нам никуда. Я вот вчера уже в областную прокуратуру обращение написала. Надеюсь, что в ближайшее время начнут проверку по изложенным фактам, потому что ездить за 20 километров, чтобы получить посылку и купить лекарство — это какое-то издевательство над людьми. А особенно мне жалко пожилых и одиноких, поэтому отступать нам некуда», — заключила беседу одна из жительниц села Елена.