«Сотка — уже достижение»: рязанки спорят о реальных зарплатах мужчин и цене жизни в городе

В рязанских городских пабликах разгорелась бурная дискуссия о доходах и уровне жизни. Молодая семья, планирующая переезд в Рязань «с другого конца страны», поинтересовалась у местных жительниц, насколько городская жизнь дешевле московской и реально ли мужчине выйти здесь на доход в 100–150 тысяч рублей.

Вопрос о «средней температуре по больнице» мгновенно разделил участниц на два непримиримых лагеря: тех, кто считает Рязань городом с нищенскими зарплатами и столичными ценами, и тех, кто убежден, что деньги здесь есть — нужно только знать места и «не сидеть на двух должностях ради копейки».

Большинство комментаторов сошлись во мнении, что ожидания приезжих относительно легких денег завышены, а реальные цифры куда скромнее.

Олеся Царицына: «Марина, вы где такую сказку нашли? 70–90 — это шикардос вообще для нашей Рязани. А средняя — 50–60».

Эту позицию поддержала и Ира Михалькова, которая рисует довольно мрачную картину местного рынка труда, подчеркивая разрыв между доходами и тратами:

Ира Михалькова: «Средняя зарплата в Рязани для мужчин — 70 тысяч. С огромным желанием и временем можно сотку набить. Для нищенской Рязани у нас достаточно высокие цены на всё».

Опыт Иры, работающей в крупной компании, показателен: по ее словам, на предприятии с коллективом более тысячи человек зарплату выше 100 тысяч не получает никто, кроме начальства. Чтобы перешагнуть этот порог, ей самой приходится совмещать две должности.

Однако нашлись и те, кто категорически не согласен с образом унылого города с копеечными заработками. Ольга Толмачёва вступила в острую перепалку с оппонентами, утверждая, что уровень дохода зависит исключительно от желания человека и выбранной сферы.

Ольга Толмачёва: «Я не знаю, у меня пальцев не хватит на мужчин [с высокой зарплатой]… Сестра-экономист 160 тысяч рублей получает, дальше перечислить?»

Ольга также привела в пример продажи автомобилей и рынок недвижимости: «Вы в автосалоне давно были? Народа тьма сидят и оформляют кредиты с платежами не 20 тысяч, а 70. Если бы были маленькие зарплаты, не было бы продаж совсем, а квартиры как пирожки расходятся».

В ответ на это прозвучала изрядная доля скепсиса. Ира Михалькова парировала, напомнив о повсеместной жизни в кредит:

Ира Михалькова: «Знаю я таких „богачей“… с двух зарплат на эти кредиты свои копейки собирают, экономят на всём ради новой китайской „параши“».

Тема профессионального выгорания, озвученная автором вопроса, вызвала у некоторых участниц ироничную реакцию.

Яна Воронцова: «И как раньше люди работали и не выгорали? Сейчас чуть что — везде это новомодное слово пихают: „выгорел на работе“».

Анна Владимировна: «Раньше это называлось [утомился]».

Впрочем, большинство женщин оказались солидарны в другом: Рязань — город отнюдь не дешевый для жизни. Комментаторы отмечают, что цены на продукты в сетевых магазинах и коммунальные услуги практически сравнялись с московскими, разница заметна лишь в стоимости недвижимости и платных услуг.

Сквозной линией через всё обсуждение проходит мысль: называть среднюю зарплату без привязки к конкретной профессии и квалификации бессмысленно.

Наталья Фёдорова: «Врач, инженер, менеджер по продажам, программист, сантехник или учитель истории? Для каждой профессии будет своя средняя зарплата… Знакомые мужчины получают от 40 до 200».

Итог дискуссии подвела Люба Живилова, озвучив настроение многих сомневающихся:

Люба Живилова: «Никогда в жизни не переехала бы в Рязань по своей воле. Хорошо, что квартиру на время дадут родственники. Поживёте и посмотрите… Лучше рассмотреть то же Подмосковье».

На фоне этого спора неоспоримым остаётся одно: Рязань — город контрастов, где доход в 40 и 200 тысяч рублей уживаются на одной лестничной клетке, а поиск «той самой» высокооплачиваемой ниши требует либо железной хватки и связей, либо готовности работать сутками напролёт.